Понедельник, 24 сентября 2018
Четверг, 23 августа 2018 14:05

Как «КазАгро» стал заложником курсовой разницы валют

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

rustem kurmanovКак изменится политика кредитования сельского хозяйства, станут ли банковские кредиты доступны для фермеров и будут ли государственные средства играть в этом секторе ведущую роль? Об этом в интервью Forbes.kz рассказал председатель правления национального управляющего холдинга «КазАгро» Рустем Курманов.

 

Рустем, вам досталось нелегкое «наследство» - согласно официальной отчётности, убыток холдинга за 2017 составил 126 млрд тенге. В чём проблема - плохое управление, неправильное размещение?

- Это, преимущественно, курсовая разница и отчисления в резерв под обесценение активов. Холдинг привлекал деньги на финансовое оздоровление (предприятий в агропромышленном комплексе), средства были в валюте. В связи с отсутствием на момент принятия решений на внутреннем рынке источников долгосрочного фондирования в тенге, а также благоприятной мировой финансовой конъюнктурой, облигации были размещены на внешних рынках в 2013 и 2014. При этом в ставку вознаграждения за размещённые в БВУ средства была заложена небольшая премия за валютный риск, рассчитанная в условиях стабильно высоких мировых цен на основные экспортные товары республики.

Необходимо отметить, что высокий уровень премии за валютный риск стал бы причиной удорожания конечной ставки для заёмщика, что потребовало бы увеличения бюджетных расходов на её субсидирование.

Выдавали средства как в валюте, так и в тенге. Поэтому курсовой риск замкнулся на холдинге. Свою роль сыграл и кризис в банковской системе, когда некоторые банки перестали отвечать по обязательствам. Это всё вместе и привело к такому убытку.

Необходимо ещё понимать, что «КазАгро» – это институт развития, и параметры «прибыль/убыток» являются только одним из критериев оценки эффективности компании. Да, холдинг принял на себя валютный риск, что ухудшило финансовое состояние компании. Однако это позволило значительно ослабить негативные последствия девальвации тенге на сельское хозяйство. Многие кредиты в АПК были долларовыми и рефинансировались в тенге благодаря реализованной с участием «КазАгро» программе финансового оздоровления. Это позволило после девальвации уберечь от банкротств сотни хозяйств, сохранить тысячи рабочих мест на селе.

То есть это всё - объективные внешние факторы?

- Ну кто мог предугадать, что будет девальвация и что курс доллара со 154 уйдет за 300 тенге?

Если вспомнить, были такие прогнозы. В конце концов, на то и вы управляющий холдинг, чтобы анализировать, прогнозировать.

- Холдинг прогноз делал. На момент привлечения средств рост прогнозировался, но не настолько большой. Вы же помните ситуацию, реальный курс сначала поднялся сильно, причём там свою роль сыграли и спекулятивные ожидания, потом он откатился вниз, стал «справедливым». Надо понимать, что привлечение внешних займов осуществлялось в 2013 – начале 2014, и тогда общий консенсус мировых аналитиков в отношении цен на нефть предполагал их стабильность на высоком уровне свыше $100 за баррель. Осеннее стремительное падение цен на нефть в 2014 стало неожиданностью для многих. Уже следствием этого падения стала последующая девальвация тенге.

Какова сейчас ситуация в холдинге?

- Из хороших новостей - Fitch пересмотрело прогноз по рейтингу «КазАгро». У нас он был «Стабильный», нам подняли на «Позитивный». Это достижение. Значит, они (Fitch) реально верят в те меры, которые мы реализуем.

Да, Минсельхоз неоднократно озвучивал, что «КазАгро» будет фондировать банки для кредитования АПК.

- Мы к этой политике и идём. В принципе, уже сегодня холдинг активно фондирует и банки, и кредитные товарищества, и микрофинансовые организации.

Но КТ и МФО создавались «под» дочерними компаниями холдинга, так что фондировали свои же структуры.

- Да, вначале КТ создавались при содействии Аграрной кредитной корпорации (дочерняя компания «КазАгро»), и очень неплохо они развились. Сейчас у нас по стране 193 кредитных товарищества, входит туда около 18 тыс. субъектов АПК, которые под свои кредитные условия финансируют участников КТ. Это же тоже неплохо - взяли фондирование, допустим, у АКК, и дали этот кредит уже участнику КТ, под свою консолидированную ответственность.

Но МФО сейчас выставлены на приватизацию, и аукционы там на понижение цены. Эффективный бизнес не продают дешевле, чем он стоит.

- Мы не продаем дешевле, чем есть. Перед продажей они максимально долги вернут Фонду финансовой поддержки сельского хозяйства (дочерняя компания «КазАгро»), и уже после по остаточной стоимости продадим либо ликвидируем, если они не будут интересны частному бизнесу. Ниже балансовой стоимости, например, за 1 тенге, мы не можем продавать. Поэтому мы взвешиваем, оцениваем, и по реальной стоимости это будет продаваться. Аукцион - да, на понижение, но в любом случае не ниже балансовой стоимости. В целом в отношении всех активов холдинг придерживается позиции о нецелесообразности продаж ниже балансовой стоимости.

Но основным источником финансирования агросектора у нас остаётся бюджет.

- Нам бы не хотелось, чтобы именно он был доминирующим. Мы хотим, чтобы бюджет как источник финансирования был в паритете хотя бы 50/50.

Мы в холдинге должны создать условия, «протоптать дорожку» для банков, чтобы они больше заходили в этот сектор. Мы же будем делить с ними потребность в финансировании - часть закроем сами, а часть закроют частные финансовые институты.

Если уж холдинг постоянно обращается к этому источнику - бюджету, что говорить о более мелких структурах!

- Да, средства из бюджета привлекаются. Они приходят в «КазАгро», и в некоторых случаях мы их микшируем с привлечёнными средствами, которые берём на рынке, удешевляем ставку.

Если посмотреть соотношение бюджетных средств и привлечённых из других источников - какое оно?

- По разным годам разная пропорция. Но в большей степени это привлечённые, а не бюджетные средства. Например, средства ЕНПФ - тоже привлечённые, мы платим за них рыночную ставку. Поэтому в большей степени в бюджете холдинга - привлечённые средства. Допустим, «КазАгроФинанс» уже несколько лет не берёт средства из бюджета. Привлекают на рынке эти деньги и вполне неплохо работают, ставка субсидируется.

Предполагалось удешевлять процентную ставку через фондирование БВУ. Есть уже какое-то движение в этом направлении?

- Удешевление будет не только через фондирование. Через него мы обеспечим, во-первых, наличие денег у банков, во-вторых, длину денег. У банков есть короткая ликвидность на год-полтора, но нет ликвидности на 5-10 лет. Её мы можем дать через фондирование. И уже банки, когда будут финансировать конечного заёмщика, могут прийти и подать этот кредит в программу субсидирования. И там будет удешевление какое-то.

Если говорить о сроках, уже приняты правила, по которым будет субсидироваться ставка вознаграждения: по инвесткредитам и по кредитам на основные средства в размере 10% годовых, и на оборотные средства - на 5%. Допустим, если ставку инвесткредита в 14% снизят на 10%, то конечная ставка для агробизнеса составит 4%.

Насколько оправданы сейчас вложения в банковский сектор? Особенно при нынешней ситуации, когда банки один за другим падают? Тем более что «КазАгро» уже «обжёгся» на этом.

- Давайте разделим вопросы. Размещение денег «КазАгро» на депозитах и текущих счетах - это совершенно не связано с фондированием. Это деньги, которые выплачивались по ранее выданным кредитным договорам, мы должны были их где-то размещать. Сами у себя мы их держать не имеем права. Грубо говоря, мы готовим средства для возврата инвесторам: когда их собрали, и подошёл срок - заплатили.

Фондирование банков - это совершенно другая тема. Мы даём средства банку для кредитования конечных заёмщиков. И он кредитует по приемлемым условиям со ставкой, длиной и в том секторе, который мы обозначим как приоритетный.

Нам уже задавали вопрос, не рано ли «КазАгро» собирается с рынка уходить? Здесь нельзя ни стоять на месте, ни двигаться быстро.

Простой пример - весенне-полевые работы. Потребность отрасли в средствах на них в среднем оценивается порядка 800 млрд тенге. «КазАгро» через бюджетное кредитование дает 60 млрд, остальное закрывается за счёт средств самих сельхозников, где-то финансируют банки, кредитные товарищества, МКО. То есть большую долю закрывает не «КазАгро». Стоять на этом и закрывать сегодня по 60 млрд, со временем наращивать до 80, 90, а через пять лет, может быть, 120 - сколько лет мы будем закрывать эти 800 млрд? Лет 30, наверное. Зачем на это тратить время и давать напрасные надежды сельхозпроизводителям? Правильно будет, наоборот, закрывать часть, а на остальное позвать других – поле-то большое. Поэтому нельзя замораживать тему фондирования, превращать её в табу.

Каковы гарантии, что деньги, которые вы направите на фондирование в БВУ, пойдут именно на агросектор? Например, когда началась реализация программы поддержки бизнеса и деньги должны были идти на обрабатывающую промышленность, к примеру, были случаи, когда они шли на кредитование торговли.

- Мы будем устанавливать приоритетные секторы. Допустим, производство соков из импортных концентратов нам не интересно. А молочно-товарные фермы - это наше, мы готовы под это давать деньги. И соответственно, будем проверять целевое назначение. Если банк отдал деньги, например, предусмотренные на молочно-товарные фермы, на неприоритетные отрасли - деньги будут истребованы.

Если говорить о состоянии портфеля «КазАгро» на сегодняшний день, какое оно?

- Неплохое. Уровень NPL управляем и не превышает 12-15% по группе компаний. Но есть разные ситуации, в том числе и сезонные. Но к осени NPL обычно стабилизируется, потому что идут платежи. И вообще в целом уже кому-кому, а «КазАгро» сельхозники будут деньги возвращать. Потому что они знают: не верни в «КазАгро» - другого финансирования не жди.

Совсем недавно вы завершили сделку по частично досрочному погашению еврооблигаций. Что это означает для компании в настоящий момент?

- Да, погашение произведено за счёт собственных средств «КазАгро» на выгодных условиях. Холдинг сделал предложение текущим держателям облигаций об обратном выкупе (buyback) в евро и запросил их согласия на внесение изменений в условия обращения еврооблигаций холдинга в рамках Проспекта выпуска облигационной программы международных облигаций от 8 мая 2013.

Мы погасили 70% от общего объёма еврооблигаций на сумму 420,4 млн евро, а размещались мы на 600 млн евро в 2014. Мы понизили уровень внешних заимствований и долговую нагрузку в иностранной валюте, как следствие – снижены валютные риски.

Прошлый год и первая половина нынешнего года были непростыми для холдинга, но мы двигаемся вперёд, внедряем максимально эффективные управленческие решения. Откуп по облигациям стал лишь одним из шагов в направлении стабилизации финансовой ситуации в холдинге и повышения его результативности. Впереди у нас реализация крупных проектов в контексте исполнения государственной программы развития АПК на 2018-2027.

Прочитано 166 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Новости

Популярное за все время