Вторник, 01 декабря 2020

Снижение цен на различные виды сырья, включая металлы, энергоресурсы и сельскохозяйственную продукцию, обнажило серьезные проблемы в торговле и финансах стран Южной Америки. Они могут привести к серьезным экономическим и политическим изменениям, передает Vedomosti.ru со ссылкой на Financial Times. В Колумбии и Перу на долю сырьевых товаров приходится две трети экспорта. Ожидается, что в этом году их дефицит счета текущих операций достигнет 5% ВВП, чего не было с 1990-х гг., когда южноамериканский регион ассоциировался с дефолтами. Аргентина, выращивающая сою, и Венесуэла, добывающая нефть, страдают от сокращения валютных резервов. В Бразилии, где на сырье приходится 60% экспорта, дефицит торгового баланса в 2014 г. достиг 4 млрд долларов, как и в 1999 г. Тогда Бразилия оказалась втянута в экономический кризис.

 

Цены на сырье должны были опуститься «рано или поздно», говорит Хосе Антонио Окампо, профессор Колумбийского университета в Нью-Йорке и бывший министр финансов Колумбии. По его словам, он испытывал беспокойство по этому поводу уже несколько лет. Даже в 2008 г., на пике сырьевого бума, общий дефицит счета текущих операций стран Южной Америки был эквивалентен 1% их ВВП. Сейчас ситуация заметно хуже; если цены на сырье опустятся до уровня 2003 г., дефицит достигнет 7% ВВП, считает Окампо. Наибольший риск для региона представляет проблема финансирования этого дефицита, соответствующего 350 млрд долларов, утверждает он.

 

Особое беспокойство вызывает Венесуэла. Инвесторы опасаются дефолта по государственным облигациям из-за того, что вдвое подешевела нефть, на которую приходится 96% экспорта страны. На прошлой неделе Каракасу пришлось обратиться за финансовой помощью к Пекину. Относительно хорошо обстоят дела у Чили и Перу, обладающих достаточными валютными резервами.

 

Нил Ширинг из консалтинговой компании Capital Economics не ждет тяжелых последствий в случае дефолта Венесуэлы, поскольку ее облигации не пользуются популярностью у инвесторов. Также по ряду причин в Южной Америке маловероятно повторение долгового кризиса 1980-х гг., считает он.

 

Прежде всего в этих странах улучшилось качество экономической политики, особенно в плане использования плавающих валютных курсов. Национальные валюты Бразилии, Колумбии и Чили за последние два года подешевели более чем на 25%. Это означает, что инвесторы уже запаниковали, отмечает Ширинг. Однако Аргентина и Венесуэла используют фиксированный валютный курс, а Эквадор — доллары. Поэтому в этих странах снижение курса национальной валюты не может стимулировать экспорт, способствуя сокращению торгового дефицита.

 

С другой стороны, быстрая девальвация валюты ускоряет инфляцию, что заставляет центробанки повышать процентные ставки и замедляет экономику. С этим как раз и столкнулась Бразилия. «Это марафон, — говорит экономист Goldman Sachs Альберто Рамос. — На то, чтобы приспособиться, [Бразилии] может потребоваться больше года».

 

У многих южноамериканских стран низкий уровень долга. Поэтому у них есть доступ на международные рынки, чтобы финансировать дефициты.

 

За последние десятилетия Южная Америка привлекла значительные иностранные инвестиции, и в 2014 г. их объем достиг 188 млрд долларов. Однако более трети из них были сделаны в добывающей и энергетической отраслях, поэтому теперь подобные инвестиции могут иссякнуть.

 

Конец сырьевого бума может иметь три основных последствия для стран Южной Америки. Во-первых, затягивание поясов приведет к снижению темпов экономического роста. Бразилия сокращает расходы на 2% ВВП, а Колумбия повысила налоги. «Более медленный рост станет новой нормой», — утверждает Ширинг.

 

Во-вторых, региону понадобится новая экономическая модель. Особенно, если местное производство будет не в состоянии конкурировать с дешевым импортом из Китая. «Необходимо понимать, что на сырьевых рынках длинные циклы, — предупреждает Рамос. — Не стоит слишком увлекаться в удачные годы».

 

В-третьих, большее значение могут приобрести торговые связи по направлению «север-юг», которые ослабли во время сырьевого бума. Одним из первых признаков этого может быть то, что президент Бразилии Дилма Руссефф после переизбрания на второй срок высказалась о желании наладить отношения с США.