Хотелось бы ошибаться, но похоже, что после очередной девальвации стабилизация тенге в последние три недели выглядит скорее предвестником новой бури, чем долгосрочным равновесием на валютном рынке. И все дело в том, что объективные факторы давления на нацвалюту по-прежнему не преодолены. Напротив, они продолжают накапливаться как снежный корм.

Потеря российского бомбардировщика на сирийско-турецкой границе ставит под угрозу обширные торгово-экономические связи России и Турции. РБК разбирался, что стоит на кону

18 ноября прошло расширенное заседание правительства с участием президента. На заседании обсуждались ключевые планы правительства с учетом кризисных тенденций. К сожалению, предложенные меры оказались во многом повторением старых планов, и они совсем не впечатлили.

На этой неделе исполняется ровно три месяца с того августовского дня, когда правительство и Нацбанк объявили о переходе к новой экономической политике и отпустили тенге в свободное плавание. Как выясняется из официальных данных, прогнозы противников резкой девальвации, утверждавших, что при нынешней структуре отечественной экономики манипуляции с обменным курсом особого эффекта не дадут, подтвердились практически полностью.

На фоне неблагоприятной экономической ситуации в Казахстане отечественные банки обратились к единственному источнику тенге – Единому накопительному пенсионному фонду (ЕНПФ).

Программа «народное IPO» потихоньку сворачивается – акции ведущих нацкомпаний будут выведены на фондовый рынок через другие механизмы. Это ещё раз подчеркивает непоследовательность финансовой политики казахстанского правительства, которая губительно сказывается на экономике

Издание Global Finance опубликовало победителей 2015 World’s Banks - лучших банков, предоставляющих услуги в разных регионах мира: Ближний Восток и Африка, Азиатско-Тихоокеанский регион, Северная Америка, Латинская Америка.

Казахстан включился в борьбу за китайский транзит и на своей территории активно претворяет в жизнь один из самых амбициозных инфраструктурных проектов столетия  — «Новый шёлковый путь». Страна намерена стать ключевым перевалочным пунктом на пути китайских товаров к мировым рынкам