Четверг, 13 мая 2021

Спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко рассказала в интервью РИА Новости, есть ли еще шанс у России и США наладить сотрудничество, как можно убедить западные соцсети следовать российским законам и стоит ли россиянам планировать предстоящие в этом году летние отпуска в Европе. Беседовала Мария Балынина-Урбан.

Матвиенко назвала размер своей пенсии :: Политика :: РБК

Валентина Ивановна, в обществе и во властных структурах уже не раз поднималась тема возможной индексации пенсий работающим пенсионерам. Стоит ли это делать, на ваш взгляд? И если да, то когда такая индексация может состояться?

Хочу сказать, что сейчас по поручению президента Российской Федерации правительство уже прорабатывает этот вопрос. И, насколько я знаю, ни в правительстве, ни в парламенте, ни среди здравых политиков никаких возражений против индексации пенсий работающим пенсионерам нет.
Самое главное сейчас — найти бюджетное финансирование, чтобы такая индексация проводилась ежегодно. Мы давно ушли от популизма, когда давалось много обещаний, финансово не обеспеченных. Поэтому сейчас самая главная задача, над которой работает правительство, — найти финансовые ресурсы для решения этого вопроса. В Совете Федерации мы держим его на контроле, и надеюсь, что он найдет свое решение.
Если говорить о сроках, то полагаю, что это может произойти в новом бюджетном цикле.

По итогам встречи руководства Совета Федерации с правительством России сейчас готовятся поручения. Какие из тем, озвученных на встрече, по вашему мнению, будут отражены в поручениях главы правительства? Какие задачи вы сами считаете важнейшими?

Вы знаете, встреча продолжалась более двух часов, прошла очень содержательно, плотно, энергично, вообще без общих фраз и красивых слов, только по делу. Тем было поднято много.

Да, были и дискуссии. Поэтому, конечно, не все, что прозвучало, в том числе и на уровне идей, на мой взгляд, сразу может и должно попадать в документы кабинета министров. Но по реакции и председателя правительства, и ответственных вице-премьеров у меня возникла уверенность, что по ключевым вопросам взаимопонимание есть и эти темы будут отражены в поручениях. Это вопросы и социальные, и финансирование постковидной реабилитации, и региональная бюджетная и кредитная тематика, и какие-то надрегиональные проекты, такие как оздоровление Дона или дополнения по отдыху детей Арктики, и более активные действия по принятию программ газификации субъектов Федерации, вопросы сохранения финансирования села, установление конкретных сроков и параметров реализации программы вовлечения сельскохозяйственных земель в оборот в целях реализации доктрины продовольственной безопасности, а также принятие закона о семеноводстве, тема поддержки региональных брендов, экологическая ответственность бизнеса, агротуризм и многое-многое другое.

Очень оживленная дискуссия развернулась вокруг темы льготной ипотеки. С нашей точки зрения, средства должны быть направлены прежде всего в те регионы, где заметно замедлились темпы строительства жилья.

Для нас крайне важно, что те аспекты, по которым у нас подходы совпали, будут отражены в поручениях. По опыту взаимодействия с Михаилом Владимировичем и членами его команды, это гарантированно означает, что все будет исполнено в срок, будет конкретный результат. За каждым из этих пунктов — качество жизни людей. Если вы помните, по итогам прошлогодней такой встречи полностью реализованы 22 поручения. Думаю, что в этот раз меньше их не будет.

По моему мнению, это были два часа очень эффективной совместной работы руководства правительства и Совета палаты. По ходу встречи было полное понимание, что задача задач сегодня — это возобновление и ускорение роста отечественной экономики и, как следствие, подъем дохода россиян. Встреча еще раз убедила меня в том, что правительство Михаила Владимировича Мишустина обладает в полной мере потенциалом для решения этой важнейшей задачи.

Во время пандемии вновь стали поднимать вопросы о введении четырехдневной рабочей недели. Как вы считаете, уже следует думать об этом или это пока еще не актуально? Возможно, стоит начать с обсуждения возможной четырехдневной учебной недели для школьников?

Вы знаете, идея четырехдневной рабочей недели появилась, но не получила ни обсуждения, ни поддержки. Мне кажется, что еще время для этого не подошло, не назрело. Поэтому не считаю необходимым сейчас каким-либо образом менять наши кодексы, законы, в целом наше законодательство.
Пандемия и дистанционный режим работы, наоборот, как раз выявили желание людей ходить на работу, потому что все соскучились по общению, по некой социализации. Думаю, что, может быть, со временем когда-то вернемся к обсуждению этой темы. Но сегодня она не стоит в повестке дня.

Что касается четырехдневки для школьников, то я бы сказала, что сейчас актуально добиться пятидневки для наших учеников. На самом деле эксперты бьют тревогу, что растет перегрузка ребят в школе. Ведь задача образования, задача школы не в том, чтобы загрузить ребенка так, чтобы он не мог поднять головы, или напихать в него, извините за такой сленг, как можно больше информации. Он же не компьютер. А задача в том, чтобы ребенок имел время на физическое развитие, на прогулки, игры на свежем воздухе, чтобы он мог кроме уроков посещать кружки и творчески развиваться.

Ну и самое главное, чтобы ребенок как можно больше времени проводил с родителями. Родители работают пять дней. Те ребята, которые учатся в субботу, при сегодняшних серьезных нагрузках даже не успевают восстановиться за воскресенье. И, конечно же, было бы правильно, учитывая необходимость повышения воспитательной роли семьи, чтобы дети с родителями могли сходить в музей, в парк, покататься на лыжах, на коньках. Чтобы дети могли пообщаться с дедушкой, бабушкой, порасспрашивать их о жизни, о событиях, свидетелями которых они были. Это лучшие уроки истории, которые можно не просто выучить, а прочувствовать.

Мне кажется, что надо активно обсуждать тему пятидневки. Сегодня право решения дано регионам и школам. Понятно, что не хватает учителей, не хватает помещений, некоторые школы в двухсменку учатся, а некоторые даже в три смены. Это вынужденное решение. Но надо создавать условия для того, чтобы все-таки дети учились пять дней, имели больше возможностей для отдыха, для развития, для общения с родителями. Я считаю, это очень и очень важно.

Валентина Ивановна, недавно вы сказали, что основные ограничения по коронавирусу в России могут быть сняты к маю. Постепенно приближается лето, а поскольку планируют отпуска в основном на это время года, то уже сейчас возникает вопрос, как организовать отдых. Как вы считаете, смогут ли страны Евросоюза открыть свои границы к лету? Или россиянам пока не стоит торопиться и лучше спланировать отдых в этом году в России?

Объективно, к счастью, ситуация в России улучшается. Это результат принятых мер, соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, дополнительных действий по борьбе с пандемией. Это результат массовой вакцинации, возросшей дисциплины наших граждан — они носят маски, перчатки, соблюдают другие требования.

По мнению экспертов, действительно к лету большинство ограничений будет снято в связи с существенным снижением заболеваемости коронавирусом. Мы все этого ждем, все устали, конечно, от ограничений. Но эти ограничения были хотя и вынужденные, но крайне необходимые, и хочется нашим гражданам сказать спасибо, что они прониклись ответственностью.

Так что гарантированно планировать отпуск точно можно и нужно в России. И не придется бояться, что закроются границы, что какие-то рейсы отменят. Возможностей для отдыха у нас огромное количество. Все мы уже лучше узнали свою страну — и какие у нас красоты, и какие у нас неповторимые исторические места, и природные заказники и заповедники, и агротуризм. Сегодня правительство уделяет большое внимание развитию внутреннего туризма и созданию условий для наших граждан с разным достатком, чтобы отдых был доступен и молодежи, и пожилым людям, и семьям с детьми.

Поэтому настоятельно рекомендую планировать отпуск в своей стране. Что касается отдыха в других государствах, это зависит не от нас. С дальнейшим улучшением ситуации с пандемией мы готовы будем открывать авиасообщение по новым направлениям, но — как известно, это двустороннее решение — только туда, где будут готовы принимать наших граждан другие страны. А мы видим, ситуация в Европе, да и не только в Европе, развивается пока крайне сложно.

Сегодня никто не может твердо сказать, когда они готовы будут открыть границы для граждан других государств. Мы внимательно следим за обстановкой. Рассчитываем, что как только она позволит, границы будут постепенно открываться.

Недавно вы говорили с вашим коллегой, председателем армянского Национального собрания Араратом Мирзояном о ситуации в Армении. Прозвучала ли просьба к России как-то помочь в сложившейся ситуации, может ли наша страна это сделать? И каким вы полагаете дальнейшее развитие событий, может ли это как-то негативно повлиять на ситуацию в Закавказье в целом?

Все, что происходит в Армении, — это внутреннее дело Армении. Никаких просьб от руководства Армении, от моего коллеги в чем-то помочь не было. Мы никогда не вмешиваемся в дела суверенных государств. И призываем все армянские политические партии, силы и руководство страны сделать все, чтобы события разрешались в мирном русле, в мирном ключе и в соответствии с внутренним законодательством. Конечно, мы с тревогой за всем этим следим и заинтересованы в том, чтобы ситуация в Армении как можно быстрее стабилизировалась. Это важно для самой Армении, для армянского народа, это важно и для стабильности в регионе в целом.

В ходе нашего разговора коллега Арарат Мирзоян лишь попросил, чтобы я оказала содействие возвращению двух армянских женщин, которые считаются сейчас военнопленными, хотя они не имели отношения к происходившим событиям. У меня уже состоялся телефонный разговор с председателем парламента Азербайджана Сахибой Гафаровой. Я обратилась к ней, чтобы рассмотрели возможность вернуться женщинам домой. Потому что когда речь идет о женщинах, это особо чувствительно, это, как правило, мамы, дети… Это очень тревожно. Надеюсь, азербайджанская сторона откликнется на просьбу.

Заключение трехстороннего соглашения по Нагорному Карабаху, которое было подписано руководителями России, Армении и Азербайджана, стало очень важным событием для предотвращения развития вооруженного конфликта, гибели людей. И, конечно же, последующий ввод наших миротворцев создал все условия для стабильности и возвращения к мирной жизни этого региона. Подчеркну, что это большая личная заслуга президента Российской Федерации, его умение находить компромиссы, договариваться.

Наши миротворцы делают огромную работу — занимаются разминированием, помогают в восстановлении жилья и зданий, возвращении беженцев как с одной стороны, так и с другой в родные места, являются мощным фактором стабильности.

Главное — соглашение достигнуто, и сейчас нужно добиваться, чтобы оно продолжало реализовываться в полном согласии с договоренностями. Оно стабилизировало, я считаю, ситуацию на сегодня в Закавказье.

 Нет опасений, что происходящее сейчас в Ереване может повлиять и на выполнение данного соглашения?

Мы очень надеемся, очень рассчитываем на ответственность руководителей Армении. Какие бы события ни происходили, должна быть преемственность. Любые движения, любые шаги, которые будут противоречить этому соглашению, могут привести к большой трагедии. Такого допускать нельзя.

Джо Байден вступил в январе в должность президента США. Первый его шаг в сторону России был очень позитивно воспринят: он поддержал предложение России продлить Договор об ограничении стратегических наступательных вооружений. Как вы считаете, есть ли шанс, что удастся возобновить или продлить другие документы — Договор по открытому небу, ДРСМД? Или пока таких сигналов от новой американской администрации не поступало?

Действительно, очень позитивным, очень положительным шагом новой американской администрации стало решение о продлении договора СНВ-3, которого мы добивались. После телефонных переговоров президентов России и Соединенных Штатов были окончательно поставлены точки, и быстро приняты необходимые решения. Это, конечно же, серьезный фактор в российско-американских отношениях. Безусловно, он вселяет и некую надежду на продолжение диалога о стратегических вооружениях, о мировой стабильности и безопасности.

Теперь к Договору по открытому небу. Мы заявили, что, если Соединенные Штаты вернутся в этот договор, мы тоже вернемся.

Что касается Договора о ракетах средней и меньшей дальности, то, мне кажется, он уже похоронен, и его возродить будет крайне сложно.

Но мы постоянно демонстрируем готовность к взаимовыгодным отношениям, основанным на принципах равенства, взаимного уважения, доверия. Ведь посмотрите некоторые появившиеся заявления о том, что Россия — это чуть ли не враг, чуть ли не враждебное государство, что от России исходит угроза.

Разве за последние 30 лет был хотя бы один недружественный, враждебный или агрессивный шаг со стороны России в адрес Соединенных Штатов Америки? На чем базируются такие высказывания? Только на том, что нужен враг? Для военно-промышленного комплекса? Для наращивания вооружений и бюджета? Нужно назначить кого-то врагом, вот они и пытаются это сделать.

Мы обращались к администрации Дональда Трампа с целым рядом предложений и конкретно формулировали: давайте подпишем совместное заявление о недопустимости ядерной войны и о недопустимости вмешательства в дела друг друга. Это для начала создало бы атмосферу доверия. Ответа от администрации Трампа мы так и не получили.

Мы возобновили свои предложения новой администрации. Пока тоже ответа нет. Можно предположить, конечно, что у них много других первоочередных дел, в том числе внутренних. И им надо осмотреться, оглядеться.

Надо отдать должное, Джо Байден — очень опытный политик. Но неслучайно есть такая поговорка, что короля играет свита. А вот свита Джо Байдена, его команда, как бы помягче сказать, в симпатии к России не замечена, и поэтому от нее исходят такие недружественные, антироссийские заявления.

Тем не менее мы будем продолжать посылать сигналы и предложения, ведь кроме сфер стратегической безопасности, стабильности у нас очень много взаимоинтересных тем в двусторонней повестке. Мы знаем, что многие американские компании заинтересованы были бы работать на российском рынке. Это и совместное освоение Арктики, и борьба с COVID, и вопросы климата и экологии, и целая масса других неполитизированных тем.

Мы большое внимание уделяем парламентскому взаимодействию. Предпринимали усилия для того, чтобы наши коллеги в США также поняли: межпарламентское взаимодействие — это серьезный кейс, это серьезный механизм выстраивания и доверия и, главное, диалога. Да, у нас по многим вопросам разногласия, но в рамках диалога можно слышать друг друга и делать какие-то определенные выводы.

Но стучаться постоянно в закрытую дверь мы не будем. Инициатива разорвать парламентское взаимодействие исходила не от нас, а от американской стороны. Мы подтверждаем свою готовность к сотрудничеству и будем ждать, когда наши коллеги для этого созреют.

Вы не будете посылать еще сигналы?

Нет, сигналов послано достаточно. Еще раз говорю: ломиться и стучаться в наглухо закрытую дверь мы больше не будем. Это моя точка зрения.

Я правильно поняла, что США думают о возвращении в Договор по открытому небу?

Что касается возможного возврата Соединенных Штатов в Договор по открытому небу, они говорят, что изучают и рассматривают его и пока не определились.

 На фоне сложных отношений России с США замглавы МИД России Сергей Рябков предложил снизить зависимость России от, как он выразился, токсичного доллара. Как вы считаете, действительно наша экономика так зависима от этой валюты?

 После этого высказывания пошло много комментариев, причем была выдернута одна фраза из текста его интервью зарубежному СМИ. То, что он сказал, — это ведь не какое-то ноу-хау, это не какая-то сенсация. Строго говоря, и Центробанк, и правительство все последние годы по поручению президента проводят политику дедолларизации. Она открытая, она очевидная. И сегодня наши золотовалютные резервы уже находятся в меньшей зависимости от доллара. Там много разных других валют. Есть и другие ощутимые результаты: за последние десять лет наши вложения в государственные обязательства США сократились, вдумайтесь в цифру, в 30 раз.

То есть процесс идет. Может быть, кому-то покажется, что идет медленно, но он развивается поступательно. Снижение зависимости от пусть и важного, но одного финансового центра — абсолютно правильная политика, и российский парламент ее всячески поддерживает, потому что это вопрос суверенитета нашей страны.

Уверена, что эта работа будет и дальше продолжаться. И в этом смысле предложения, высказанные заместителем министра иностранных дел, отражают политику, которая ведется у нас в государстве.

Мы в последнее время очень много сделали для укрепления рубля, повышения привлекательности российской валюты и для бизнеса, и для наших граждан. И это тоже дает свои результаты: все больше и больше вкладов, кредитов берется в рублях. Ему граждане сегодня доверяют.

Мы также многое делаем для того, чтобы там, где это возможно, производить взаиморасчеты с нашими зарубежными партнерами либо в рублях, либо в национальных валютах наших партнеров. Это еще одно направление.

Доллар, естественно, никуда не исчезнет, он есть и будет в обращении, но снижать зависимость нашей экономики от какой-то одной валюты, безусловно, надо, что и делается.

В России в ряде городов прошла целая серия незаконных митингов. Информация о них распространялась в основном через социальные сети — иностранные и российские, конечно же. В Совете Федерации уже обсуждали эту тему. Предлагается ввести целую систему наказаний, внести изменения как в Административный кодекс, так и в Уголовный, вплоть до постоянной блокировки этих соцсетей в России. Есть опыт Китая, где заблокирован целый ряд соцсетей. Как вы считаете, будут ли такие действия эффективными в данной ситуации? Или в преддверии выборов в Госдуму будут продолжаться попытки любыми способами раскачать ситуацию, и эти меры здесь не помогут?

Мы, конечно, внимательно смотрим, изучаем опыт других стран — и Китая, и Турции, следим за тем, что сейчас происходит в Австралии. Активно развивается Рунет, он становится таким растущим сегментом всемирной Сети. И, безусловно, нас не может не беспокоить то, что себе позволяют интернет-гиганты.

При этом блокировка, убеждена, — не наш путь. Невозможно поставить "электронную стену" вдоль всей границы, лишить граждан привычных возможностей пользоваться необходимым объемом информации и так далее. На мой взгляд, это нереалистично. Вообще, уходить от реальности — это бессмысленное занятие.

Но что мы должны делать? Мы должны работать с интернет-компаниями, IT-компаниями, интернет-платформами, приглашать их в Россию. Но при этом очень строго требовать, чтобы они соблюдали российское законодательство, чтобы они считались с нашими традициями, с нашими правилами, чтобы они не позволяли себе их нарушать. Так вот, многочисленные предписания Роскомнадзора ни Twitter, ни YouTube, к сожалению, не выполняют. Поэтому сейчас у нас эксперты и законодатели думают, что с этим делать. И в других странах никто не нашел еще эффективного способа понудить интернет-гигантов строго соблюдать законодательство.

Надо сказать, что, конечно же, уже перезрело время международного регулирования на базе ООН, других международных структур, выработки международных правил недопущения такого незаконного поведения и, соответственно, наказания. Я уж не говорю о том, что эти IT-платформы, интернет-гиганты зарабатывают на России огромные деньги и не платят у нас налоги. Я знаю, что Франция пыталась решить эту проблему, которая стала всеобщей, которая требует неких единых налоговых правил, ведь они зарабатывают немыслимые объемы денег в каждой стране присутствия.

То есть еще очень много неурегулированных вопросов. А мы твердо хотим урегулировать эту "серую", подчас преступную зону, и здесь мы будем действовать решительно. Мы хотим защитить свое общество, мы хотим защитить своих граждан. И не допустим, чтобы кто-либо нарушал наше законодательство.

Что еще надо сделать, на мой взгляд? Развивать наши IT-платформы, наш контент, чтобы они были конкурентными. Мы должны сами производить компьютерное оборудование, не только суперкомпьютеры, суперпроцессоры — это прекрасно — но и устройства для обычных потребителей, для повседневной жизни. Это приложения для граждан, удобные в пользовании и эффективные, чтобы они опять-таки были конкурентные.

И еще раз повторю, необходимо выработать механизмы соблюдения нашего законодательства. Мы ведь запрещаем преступный контент, и соцсети обязаны снимать эти материалы по требованию Роскомнадзора. Будем дальше в этом направлении работать.

То есть возможно дальнейшее ужесточение в этой сфере?

Вы знаете, это не ужесточение — это урегулирование. Многие вопросы просто юридически не урегулированы. И мы-то рассчитывали, принимая законы раньше, что такие крупные, уважаемые интернет-компании не посмеют не выполнять наши законы. Это были такие законы-предупреждения, я бы сказала. Но мы ошиблись, они игнорируют наше законодательство. Теперь мы должны разработать такие меры, которые бы заставили их безусловно выполнять требования Роскомнадзора.

Может, стоит действительно обязать западные соцсети зарегистрировать в России свои представительства и платить налоги в российский бюджет?

В том числе, конечно.

В Госдуме рассматриваются поправки, предусматривающие уголовную ответственность за оскорбления ветеранов Великой Отечественной войны, предлагается отнести к одной из форм реабилитации нацизма публичное распространение заведомо ложных сведений о ветеранах и установить уголовную ответственность за унижение их чести и достоинства, а также за оскорбление памяти защитников Отечества. Как вы полагаете, поддержат ли сенаторы эту инициативу? И как вы сами к ней относитесь?

Еще совсем недавно невозможно было представить себе, что нам придется принимать закон, предусматривающий наказание для тех манкуртов, не помнящих родства, которые посмеют оскорбить или унизить ветеранов.

Вот главный вывод, который мы должны сделать: где мы упустили, что мы не так делали в части воспитания, что не так в семьях, что не так в школах, что не так в обществе? Это же страшно! Нет ни одной семьи, которую бы не задела война, в которой не хранится память об отцах, дедах, которые воевали, которые погибли, которые защищали ценой своей жизни нашу мирную жизнь. Это не пафос. И вдруг появляются, не побоюсь этого слова, подонки, которые смеют оскорблять ветеранов. Конечно, мы вынуждены для такой категории — к счастью, малочисленной — предусмотреть наказание строгое и неотвратимое.

Поэтому я поддерживаю меры привлечения к ответственности тех, кто позволяет себе оскорблять, унижать ветеранов, хамить им. Это недопустимо, в нашей Конституции прописано уважение к исторической памяти.

Меры наказания нужно обсуждать, безусловно. И мы сейчас в стадии диалога с нашими коллегами из Государственной думы. Повторю, надо не ограничиваться только мерами наказания, но понять, где и почему мы упустили некоторых молодых людей, пусть и немногих.

Недавно прозвучали предложения лишать российского гражданства тех, кто призывает Запад вводить санкции против России. Как вы считаете, могут ли законодатели что-то продумать в этой сфере? Действительно ли это актуальная проблема?

Я понимаю чувства многих граждан, которые высказываются в таком ключе. Это вообще недопустимо — агитировать за санкции против своей страны. Конечно, те, кто позволяют себе такие вещи, должны привлекаться к ответственности.

Но что касается лишения гражданства, то я противник такой меры. И нашей Конституцией (я, как законодатель, не могу поддаваться эмоциям) запрещено лишать гражданства. Наверное, в том числе потому, что мы извлекли уроки из многолетней практики Советского Союза, когда несогласных с властью лишали гражданства и высылали из страны. Мы тогда потеряли очень много выдающихся деятелей культуры, науки. Мы этот урок усвоили, поэтому в Конституции прописали запрет на лишение гражданства.

Если не нравится тебе страна, гражданином которой ты являешься, имеешь право уехать, имеешь право получить гражданство другой страны. Но бороться со своей страной, со своим народом вот такими подметными методами — это вызывает и возмущение, и осуждение. Безусловно, за такие призывы должно быть наказание.

Каким оно может быть, раз действительно российская Конституция запрещает лишать гражданства? На каком уровне может быть введена ответственность?

Конечно же, это будет законодательная норма. Она обсуждается сейчас экспертами, депутатами, сенаторами. Какого уровня может быть наказание, это решит в конечном итоге Федеральное Собрание.

На прошлой неделе внезапно завершилось бурное обсуждение, какой должна быть Лубянская площадь — Дзержинский должен туда вернуться или там должен стоять памятник Невскому. Мэр Москвы принял решение прекратить это обсуждение. Как вы считаете, почему так произошло? Это говорит о внутреннем несогласии в обществе?

Прежде всего хочу сказать, что я категорический противник сноса любых памятников. Памятник — это часть нашей истории: простой, непростой, но нашей истории. Памятник ни в чем не виноват. И вандализм в отношении любого памятника я осуждаю.

Думаю, что Сергей Семенович Собянин принял правильное решение остановить эту дискуссию, потому что любая градостроительная, архитектурная инициатива может продвигаться, только если есть широкая поддержка в обществе.

В данном случае, мне кажется, сам формат определения предпочтений граждан был выбран не очень точно. При наличии множества вариантов гражданам предложили лишь вариант, который изначально был потенциально конфликтен. Поэтому, повторю, в данной ситуации Сергей Семенович принял мудрое решение.

Рано или поздно придет время обсуждения, как быть с Лубянской площадью. Я разделяю мнение тех архитекторов и историков, которые считают, что она должна быть архитектурно завершена, что там должна быть некая доминанта. Возможно, будет предложено новое обсуждение, но с большим набором проектов в перспективе. Посмотрим.

А лично вы что хотели бы видеть на этой площади?

Вы знаете, я не москвичка, и я бы не хотела высказывать свое мнение конкретнее. Я сказала в общем, что да, ее нужно архитектурно дооформить, но как — это должны решать москвичи.

Как идет строительство нового здания Совета Федерации, которое станет пристройкой к нынешнему? Какие называются возможные сроки, когда сенаторы туда смогут переехать? И что там будет нового, чего сейчас в работе нет?

Прежде всего мы все-таки рассчитываем, что рано или поздно появится возможность и будет начато строительство парламентского центра, где разместятся и Государственная дума, и Совет Федерации. В этом есть острая необходимость, потому что и у них, и у нас здания неприспособленные для парламентской работы, мы размещаемся на нескольких площадках.

Условия не очень удобные: мы каждый день думаем, как что приспособить, как найти помещения, чтобы сенаторы, комитеты могли полноценно работать.

Пока изыскали такую возможность — сделать пристройку к основному зданию, там будут рабочие кабинеты сенаторов, залы заседаний комитетов, будут использованы все технические возможности для видеоконференций. Это делается не в связи с COVID, просто в этот период мы опробовали новые технологии, и они оказались очень эффективными. Страна ведь у нас огромная, разные часовые пояса, иногда невозможно всех собрать очно. И с целью экономии времени мы теперь все что возможно проводим в виде селектора, дистанционно. Для этого в новом здании также будет все оборудовано. Ничего особенного, все будет достаточно скромно, но функционально.

Стройка идет по графику и в рамках утвержденной сметы. Мы очень надеемся, что в следующем году мы вас сможем пригласить в новое здание и заодно угостить чашкой кофе.

Третьего марта Совет Федерации проведет свое пятисотое заседание. Проделан путь длиной в без малого 30 лет, и почти десять из них вы являетесь спикером палаты. Как вы считаете, двухпалатная система парламента в полной мере оправдала себя в нашей стране? Какие направления деятельности Совета Федерации вы считаете особенно значимыми для достижения национальных целей развития, реализации государственных программ и укрепления позиций страны на международной арене?

Двухпалатный парламент — неотъемлемый атрибут федеративного государства. Естественно, мы следовали этому принципу в строительстве своей политической системы. Именно Совет Федерации представляет на общероссийском уровне интересы создателей Федерации — ее субъектов, является главным инструментом прямого участия регионов в управлении страной. Конституция закрепила за верхней палатой важные функции, весомые полномочия.

Жизнь доказала дальновидность и продуманность такого подхода. Пятьсот заседаний Совета Федерации — это пятьсот шагов по пути совершенствования российской государственности, эффективного использования полномочий палаты для решения задач устойчивого развития страны, повышения качества жизни людей, укрепления нашего суверенитета, безопасности, влияния на международной арене.

Не все и не всегда шло гладко. Но основной итог деятельности Совета Федерации, убеждена, именно такой: страна развивается, ее позиции на международной арене крепнут, и вклад нашей палаты во все это весомый.

Основной своей задачей мы, сенаторы, считаем совершенствование российской государственности, и в первую очередь ее федеративной составляющей. Вопрос действительно ключевой для такой многонациональной и многоконфессиональной страны, как наша. Именно отсутствие подлинного федерализма стало одним из факторов распада Советского Союза. Мы помним, какую серьезную угрозу территориальной и политической целостности нашей страны представлял в 1990-е годы "парад суверенитетов". Совет Федерации активно поддержал усилия Владимира Путина, который сразу же после своего первого избрания на пост президента приступил к созданию системы федерализма, отвечающей историческим особенностям и современным реальностям России. И мы такую систему, эффективную и гибкую, создали.

Существенно возросла роль Совета Федерации как палаты регионов. Подлинным прорывом на этом направлении считаю нынешнюю редакцию закона о формировании Совета Федерации. Вклад нашей палаты в его разработку и прохождение, безусловно, решающий. Закон вносит выборность в формирование состава палаты, обеспечивает приход в нее людей, действительно связанных со своими регионами, заряженных на активную работу. Имидж Совета Федерации как клуба политических отставников и олигархов ушел в прошлое.

Одна из основных задач — повышение оперативности и качества законотворческой и законодательной деятельности палаты. Мы выстроили четкое и эффективное взаимодействие с Государственной думой. Я бы сказала, поворотным моментом здесь стала практика совместной работы над законопроектами с нулевого чтения. В то же время хочу отметить, что мы не штампуем механически законы, поступающие из нижней палаты. Из 9,5 тысячи законов, принятых за это время Думой, почти 500 мы отклонили.

Первостепенное значение имеет также налаживание продуктивного взаимодействия с правительством России, откуда поступает значительная часть законопроектов. Приятно отметить, что в последние годы заметно улучшилось наше сотрудничество в подготовке и принятии бюджета.

Вместе с тем не забываем и о контрольных полномочиях. В повестку 370 заседаний Совета Федерации из 500 был включен "правительственный час". И это не формальное заслушивание, а активное, нередко остро критическое обсуждение, по итогам которого принимается постановление, направляемое в правительство.

Совет Федерации наделен особо важными полномочиями. И мы без колебаний и проволочек используем их. Совет Федерации десять раз давал президенту разрешение на использование Вооруженных сил страны за пределами ее территории. Я горжусь тем, насколько оперативно и четко наша палата осуществила правовое обеспечение воссоединения Крыма и Севастополя с Россией. Скоро, 18 марта, мы отметим седьмую годовщину этого исторического события.

Мы решили задачу огромной политической значимости — сделали деятельность палаты максимально прозрачной. Мы представлены в интернете, в социальных сетях. Функционирует наш парламентский телевизионный канал. Парламент далеко не каждой страны имеет все это.

Что касается основных направлений деятельности палаты. Это прежде всего законодательство. На начало 2021 года в думском "портфеле" находилось свыше 1,2 тысячи нормативных правовых актов. В ряду приоритетных — пять законопроектов, с принятием которых завершится работа во исполнение поправок в Конституцию.

Само понятие качества законов сегодня наполняется новым содержанием. Мы живем в эпоху быстрых и глубоких перемен. В этих условиях жесткая, порой мелочная регламентация утрачивает свое значение, так как сковывает инициативу, активность общества, бизнеса, граждан. В то же время растет запрос на, образно говоря, законы "на вырост", учитывающие возможные изменения, связанные с ними риски.

Поправки в Конституцию усилили роль Совета Федерации как парламента, как ключевого института государственно-политической системы страны. Мы работаем над тем, чтобы деятельность палаты отвечала новым возможностям и задачам.

Источник  ria.ru