На улицах Парижа звучат отголоски победных маршей, однако новый президент Франции пока еще не выиграл никаких сражений. Очень скоро ему предстоит столкнуться с реалиями европейской действительности, поскольку Еврокомиссия опубликует свои весенние прогнозы по экономике, а 17 мая станут известны оценки размера французского дефицита, что традиционно является щекотливым моментом. Франции повезло с тем, что другие государства Средиземноморского клуба находятся в еще более удручающем положении с точки зрения экономики и в еще более сложной ситуации с точки зрения финансовых рынков. На прошлой неделе инвесторы снова продемонстрировали свое доверие к Франции, что подтвердили результаты выпуска 10-летних облигаций, доходность которых снизилась по сравнению с апрельскими показателями (0,81% против 0,97%).

Вопреки многочисленным ожиданиям, вероятность роста стоимости кредитования в кратко- и среднесрочной перспективе оказалась сильно преувеличена. В 2007 году размер долговой нагрузки Франции равнялся 2,5% от ВВП, а в 2016 году этот показатель составлял всего 1,7% - ниже, чем в большинстве европейских стран, за исключением Германии. Средний срок погашения французского долга составляет 7 лет, в связи с чем рост процентных ставок на 1% будет увеличивать долговую нагрузку лишь на 0,14% в год, что является вполне приемлемым показателем. При этом в 2017 и 2018 гг. долговая нагрузка должна продолжить снижаться (в направлении значения 1,5% от ВВП), что предоставит Эммануэлю Макрону льготный период продолжительностью в 18 месяцев в вопросе госрасходов

 

Главной проблемой для нового президента станет необходимость стимулирования слабой экономики, которая по итогам 1-го квартала снова продемонстрировала удручающе низкие темпы прироста, составившие всего 0,3% - вполовину меньше аналогичного показателя за 1-й квартал 2016 г. Наиболее катастрофические результаты были зарегистрированы в категориях внешней торговли и расходов домохозяйств. На этом фоне официальный прогноз властей о росте экономики в 2017 году на 1,5% выглядит слишком оптимистичным. Соответственно, одним из первых шагов нового правительства в сфере экономики может стать пересмотр этого целевого уровня на понижение, что приведет его в соответствие с пониженными прогнозами международных организаций. Это станет решением, отражающим экономические реалии, но одновременно и негативным сигналом, указывающим, что Франции будет сложно разогнать рост национальной экономики в направлении отметки 2%, в то время как он больше тяготеет к значению 1%.

 

Как и Франсуа Олланд, Эммануэль Макрон будет стремиться к повышению конкурентоспособности французских компаний за счет сокращения затрат на рабочую силу, однако это не поможет экономике страны набрать импульс роста в долгосрочной перспективе. Абсолютным приоритетом является стимулирование роста производительности. Исторически двумя основными двигателями экономического роста являются демография и производительность. Во Франции показатель капиталоотдачи держится в районе усредненных значений для развитых стран; проблема коренится в другом аспекте эффективности - в производительности труда, которая снижается на протяжении 20 лет. Этот тревожный тренд можно объяснить следующими причинами:

 

1) Низкий уровень квалификации и профессиональных навыков и умений французов, о чем свидетельствуют и результаты мониторингового исследования качества образования PISA, проводимые ОЭСР. Франции не нужны легионы экономистов, менеджеров и научных сотрудников. В ком она действительно нуждается, так это в инженерах, врачах, ученых-естествоиспытателях и производственных рабочих. Более трети промышленных предприятий Франции отмечают дефицит рабочей силы, что совершенно непостижимо в условиях, когда уровень безработицы в стране составляет около 10%. 

 

2) Отсутствие инноваций, направленных на преобразование производственных процессов и потребительских привычек, что, в частности, означает необходимость более активного инвестирования в фундаментальные исследования. На данный момент бюджет Национального агентства научных исследований Франции составляет около 640 млн евро по сравнению с бюджетом 2,7 млрд евро аналогичного института Германии. Безусловно, это вряд ли поможет Франции реализовать свои амбиции в сфере промышленной политики.

 

Предлагаемые новым президентом программы профессиональной подготовки являются шагом в верном направлении. Существенных трудностей с финансированием тут нет – основная проблема заключается в том, что данная политика не выделяет четких целевых демографических категорий, на которые рассчитаны эти инициативы, а также не предлагает программ профессиональной подготовки, которые бы наилучшим образом отвечали актуальным потребностям рынка труда. Кроме того, необходимо более активное вовлечение в этот процесс «супер-регионов», поскольку именно они являются тем отправным уровнем, на котором можно эффективно решать вопросы улучшения экономической структуры.

 

Для того чтобы преуспеть, новому президенту предстоит еще раз склонить французов на свою сторону в ходе предстоящих парламентских выборов, два тура которых пройдут 11 и 18 июня. Вероятно, движение «Вперед!», лидером которого является Макрон, получит относительное большинство в Национальном собрании Франции. Однако отсутствие абсолютного большинства отнюдь не означает, что президент будет побежден и окажется в беспомощном положении, в чем мы уже имели возможность убедиться в период с 1988 по 1991 год. Тогда премьер-министр, социалист Мишель Рокар, попал в аналогичную ситуацию, однако это не помешало ему провести в стране ряд важных реформ, включая введение единого социального взноса (CSG) и гарантированного минимального пособия (RMI).

 

Президент смог добиться этих результатов, формируя ситуативные союзы и пользуясь (злоупотребляя) специальными полномочиями, которые дает правительству Статья 49-3 национальной конституции. Сейчас мы наблюдаем все шансы на повторение истории. Соотношение сил уже начинает меняться, поскольку ключевые фигуры как на левом, так и на правом фланге политического фронта уже выразили готовность сотрудничать с Макроном. Хотя формирование «большой коалиции» в германском стиле представляется утопической идеей, однако объединить в интересах страны сторонников реформ – задача вполне достижимая… по крайней мере, до тех пор, пока политические интриги и конъюнктурные соображения не возобладают снова в преддверии выборов в Европарламент в 2019 году.