Понедельник, 26 октября 2020

Пандемия коронавируса показала необходимость перехода к устойчивым моделям экономики, считают участники заседания экспертного клуба «Мир Евразии». Одной из таких моделей считается «зеленая» экономика, о которой говорят уже не первый год. Но это дорогое удовольствие, в том числе и для рядовых граждан.

Зеленая экономика стран Центральной Азии. Часть 1 - Новости | Central  Eurasia Transboundary Research Network

Некоторые эксперты даже называют зеленую экономику «лоббированием технологий США, Европы и Японии», за которые придется заплатить серьезные деньги,пишет 365info.

Не могут договориться даже внутри ЕАЭС

Политолог Эдуард Полетаев напомнил, что по Рейтингу индекса загрязнения на 2020 год

Казахстан занимает 26 строчку в списке самых грязных стран мира из 110

 В 2020 году ООН провела исследование «ООН 75: будущее, которое мы хотим, ООН, которая нам нужна» и представила его результаты. Авторы исследования узнавали, чего боятся люди на планете. Главным страхом оказалась угроза значительного изменения климата (49% респондентов уверены, что экологическая ситуация на планете ухудшится), — сказал Полетаев.

Что касается ситуации в ЕАЭС, здесь есть над чем работать. Выступающий обратил внимание на проблему, о которой не раз говорили эксперты. По их мнению, вопросам экологии и «зеленой» экономики в документации ЕАЭС должно уделяться больше места.

У стран Содружества есть серьезные экологические проблемы, которые пока не стали приоритетными

В частности, в договоре об ЕАЭС нет специального раздела, регулирующего экологические отношения между странами. Зато в рамках ШОС уже подписано Соглашение о сотрудничестве в области охраны окружающей среды.

Загрязнение окружающей среды часто имеет трансграничный характер, влияние различных стран на ухудшение ее качества неодинаково, но совместный поиск общих межгосударственных подходов и эффективных мер по охране окружающей среды – общее дело, которому должен способствовать конструктивный диалог. Увеличивающаяся взаимозависимость стран друг от друга усиливает их роль в решении экологических проблем, — заявил Полетаев.

Политолог Марат Шибутов среди прочего высказался по поводу утилизационного сбора на автомобили и сельхозтехнику, назвав его «очень спорным вопросом».

Например, в 2019 году Казахстан ввел утильсбор на сельхозтехнику, предусматривающий возможность неуплаты сбора для некоторых иностранных компаний. В России посчитали, что эта мера нанесла ущерб интересам развития интеграции и производства в рамках ЕАЭС. Об отмене утильсбора также просили казахстанские аграрии (он преподносится как инструмент защиты экологии и окружающей среды). Начались переговоры, после которых было заявлено, что вопрос урегулировали, и Казахстан выровняет условия взимания утильсбора. Однако затем было заявлено, что отмена утилизационного платежа в отношении сельхозтехники нецелесообразна, — сказал Шибутов.

В итоге пострадает население

Отмечу также следующее: дело в том, что «зеленая» экономика, как мы ее видим, нам все больше и больше не по карману. Мы не можем сделать гарантированный закуп большого объема солнечных батарей, когда у нас гораздо дешевле стоимость угольной электроэнергии. Трудно будет покрывать эту разницу, тем более за счет повышения тарифов для населения, — добавил Шибутов.

В этом его поддержал профессор Казахстанско-Немецкого университета Рустам Бурнашев.

Зачастую та экологическая модель, которая нам предлагается, является моделью для богатых. Всегда возникает вопрос, а готовы ли мы за это платить? Многие в Казахстане сегодня обсуждают перевод алматинских ТЭЦ-2 и ТЭЦ-3 на газ. Платить за это будем мы с вами. И население, которое находится под давлением экологической идеологии,даже не задумывается о том, что через какое-то время придут астрономические счета по сравнению с нынешними суммами.Сейчас и так счета на оплату услуг ЖКХ значительно увеличиваются в зимний период из-за отопления. А что будет при переходе на газ? Поэтому в данном случае должна учитываться концепция для бедных и для богатых, — сказал Бурнашев.

Шибутов считает, что «зеленая экономика», точнее то, что мы подразумеваем под этим словом,на самом деле лоббирование технологий Европы, США и Японии, которые мы будем покупать в ущерб собственным производителям

Наступает время делать выбор, исходя из возможностей страны. На мой взгляд, мы должны выбрать свой собственный путь. Надо посмотреть, что реально нужно нашей природе, не подстраиваясь под общемировые тренды и стандарты, которые лоббируются развитыми странами и международными организациями. Ведь для Казахстана они могут быть абсолютно неактуальными, — сказал он.

Вся экологическая политика сводится к использованию ресурсов

Социолог Гульмира Илеуова поделилась итогами пары опросов, посвященных вопросам экологии и качеству жизни. Один из них с участием сограждан провели недавно.

Оказалось, что соответствующие стандарты до сих пор не прописаны. Поэтому для кого-то жить экологично – это ходить в кусты и пить воду из реки. А кто-то хочет жить в крупном городе с высокоразвитой транспортной культурой, прочими урбанистическими прелестями и при этом иметь экологические стандарты с точки зрения качества воздуха, сортировки при сборе мусора и т. д., — сказала Илеуова.

Другой опрос делали еще в 2018 году. Тогда выяснилось, что «тема экологии присутствует, но респонденты ее недостаточно оценивают с точки зрения рисков».

Например,два года назад чаще всего говорили о переносе грязных производств из Китая в Казахстан,сегодня же информационная повестка совершенно другая. Также периодически то затухает, то разгорается тема недостатка воды в трансграничных реках. Продвигая экологические установки, в том числе в рамках ЕАЭС, надо делать их образ более близким для людей. Чтобы на этой основе было понимание, зачем между странами укрепляется сотрудничество, — отметила Илеуова.

Политолог Антон Морозов сомневается, что у ЕАЭС получится быстро разрешать экологические проблемы. Во-первых, с нами соседствует Китай, у которого «вопросы экологии далеко не всегда приоритетны». Индия хоть и не граничит с Содружеством, но свой вклад в экологию континента тоже вносит.

Не все гладко и внутри ЕАЭС.

— Экологическая политика исходит из трех составляющих: использование природных ресурсов, их воспроизводство и охрана окружающей среды.

В странах ЕАЭС все усилия текущей политики сосредоточены на первом пункте – эксплуатации ресурсов

Даже в Армении, Беларуси и Кыргызстане, там просто мало ресурсов. Вопросы охраны и воспроизводства вторичны, на них обращают внимание по остаточному принципу, — сказал Морозов.

Концепции нет, денег тоже

Далее он подчеркнул, что развитие экономики и экология порой содержат взаимоисключающие задачи. Например, негативно влияет на экологию сельское хозяйство, и так далее.

К тому же вопросы экологии тесно связаны с вопросами благополучия граждан.Пока человек страдает экономически и социально, его не будет волновать чистота окружающей среды,— констатировал Морозов.

Рустам Бурнашев также подчеркнул, что часто об экологии говорят как о совершенно неопределенном понятии

Одни подчеркивают биологическую компоненту, другие – энергетическую и так далее. Целостная модель, концепция из рассмотрения выпадает.

Кроме того, он считает, что  в экологических вопросах надо больше обсуждать технологические аспекты,особенно в международном контексте.

— Для Казахстана проблема защиты от техногенных угроз трансграничного характера является более важной, чем общие размышления об экологии и некоей «зеленой» экономике.

Ярчайший пример – прорыв в мае 2020 года дамбы Сардобинского водохранилища в Узбекистане. Тогда вода затопила юг Казахстана. По большому счету Узбекистан мог просто ничего не платить, потому что нет никаких соглашений, нет регулятива.Затоплен целый регион Казахстана, и по факту никто ответственности за это не несет.На подобные аспекты мы должны обращать повышенное внимание, — констатировал Бурнашев.

Автор  Роман Иванов

Источник  365info.kz