Понедельник, 28 сентября 2020

Для восстановления экономического роста необходим комплекс мер, считает глава АФК

Елена Бахмутова: Дьявол кроется в деталях

Банки не торопятся кредитовать реальную экономику, поскольку имеют хорошую возможность зарабатывать на валютном рынке и инструментах Национального банка, считает глава государства Касым-Жомарт Токаев. Решение изменить ситуацию, переориентировав ликвидность с валютных рынков и инструментов Нацбанка на кредитование бизнеса, он озвучил в своем Послании. Насколько данная мера сможет стать панацеей для решения проблемы кредитования реальной экономики и о каком объеме ликвидности идет речь, в интервью  рассказала председатель Совета Ассоциации финансистов Казахстана Елена Бахмутова.

Елена Леонидовна, считаете ли вы, что торговать на валютном рынке для БВУ стало плохой привычкой, от которой они будут долго избавляться? Следовательно, это будет тормозить переориентацию ликвидности?

- Банки — это профессиональные посредники, которые обслуживают своих клиентов — юридических и физических лиц. Приобретение валюты на рынке связано прежде всего не с собственными операциями БВУ, а с операциями их клиентов. И здесь необходимо подчеркнуть, что банки обязаны выполнять существующие регуляторные требования по валютной позиции. Если возможности приобретения валюты для юридических лиц - клиентов банков будут серьезно ограничены, то это может негативно повлиять на операционную деятельность бизнеса.

Отвечая на ваш вопрос о «плохой» привычке: если регулятор обоснованно убежден, что бизнес-практика отдельного банка имеет избыточные системные либо индивидуальные риски, то он вправе задействовать регуляторные нормы и инструменты риск-ориентированного надзора.

Если говорить о ликвидности рынка ГЦБ, включая ноты Нацбанка, то на казахстанском рынке такая ликвидность зависит в числе прочего от структуры инвесторов. Сегодня на рынке нот лишь около 5% участников — это иностранные игроки; по другим ГЦБ доля их составляет менее 2%.

Для расширения присутствия нерезидентов на рынке ГЦБ (что позитивно скажется и на стоимости заимствования, и на ликвидности) не должно возникать сомнений в праве на свободное движение капитала. То есть иностранные игроки должны быть уверены, что они не просто смогут приобрести ГЦБ по доступным каналам, но и в любой момент, продав их за тенге, свободно вернут себе твердую валюту.

Выход из ситуации – обеспечить максимальную предсказуемость и прозрачность на валютном рынке, в том числе и внебиржевом. Национальный банк анонсировал разработку комплекса мер для мотивации экспортеров за пределами квазигоссектора максимально продавать валюту в Казахстане. Это может существенным образом расширить предложение валюты на рынке.

То есть вы за то, чтобы «гайки» на валютном рынке были раскручены?

- Административные меры по ограничению приобретения валюты для юридических и физических лиц не должны превалировать над мотивацией и рыночными инструментами. Нужно стремиться сохранять приверженность свободно плавающему обменному курсу с правом вмешательства Нацбанка при определенных критических ситуациях; соблюдать базовые принципы свободного движения капитала; учитывать интересы бизнеса при введении ограничений для деятельности банков на валютном рынке.

Есть много позитивного в деятельности регулятора по вопросам курсовой политики как с точки зрения информационной открытости, так и приверженности политики невмешательства в рынок. На сегодня курс доллара в большей степени зависит от фундаментальных факторов: цены на нефть, ситуации с платежным балансом, внешними вызовами.

Чем меньше будет административного вмешательства, тем больше будет доверия к монетарной политике регулятора и к тенге в целом.

О каком объеме ликвидности может идти речь? Какова ее стоимость?

- При экстренном подходе к переориентации мы можем говорить о свободной ликвидности от нижней границы 1,2 трлн тенге до верхней 3,9 трлн тенге. По данным Нацбанка, сальдо его открытых операций — порядка 4,1 трлн тенге, в том числе на ноты приходится около 2,8 трлн тенге.

Но здесь возникает вопрос: какая срочность у этой ликвидности? Если сравнить объем срочных депозитов и объем всех обязательств перед клиентами, то можно сделать вполне обоснованное предположение, что источником свободной ликвидности являются средства клиентов на текущих счетах и вкладах до востребования. То есть то, что нельзя формально считать устойчивым фондированием для долгосрочных кредитов. Такие банковские пассивы могут быть задействованы только для коротких кредитов под оборотный капитал.

В текущих условиях Нацбанк абсорбирует избыточную ликвидность в основном через размещение нот и депозитов. Доходность, которую получают финансовые институты от этой ликвидности, колеблется по нотам Нацбанка в зависимости от сроков (от 1 до 6 месяцев) в диапазоне 9,2–9,99% годовых. Для рынка ГЦБ Минфина со сроком от 1 года до 15 лет эта доходность колеблется в диапазоне от 10,29 до 10,84%.

Если посмотреть на стоимость привлечения такого фондирования для банков, то в среднем ликвидность от физических лиц обходится в 10% годовых, а по юридическим лицам ставка привлечения по срочным депозитам — 7,5%. Привожу данные цифры для полной картины о минимальной стоимости привлечения денег для БВУ. При этом в случае переориентации ликвидности в ссудный портфель банкам необходимо дополнительно к стоимости привлечения средств заложить маржу для покрытия кредитных рисков, формирования адекватных резервов и покрытия своих затрат.

Верхняя граница свободной ликвидности — 3,9 трлн тенге — представляется нереалистичной для задействования для кредитования в краткосрочной перспективе, так как это приведет к полной разбалансировке банковской системы. При нижней границе — 1,2 трлн тенге — годовой прирост портфеля может превысить 8%, что существенно выше темпов роста ВВП и может представлять угрозу качеству ссудного портфеля и привести к последующим проблемам для банков и экономики. Полагаю, что в Послании речь шла о мотивации для сбалансированного качественного роста кредитования без угрозы создания системных рисков.

 Государство пытается поддержать кредитование бизнеса и тем самым деловую активность. От мер ждут мультипликативный эффект…

- Да, безусловно, нужно стремиться к тому, чтобы сейчас не было значительного падения кредитования, что может быть дополнительным фактором ухудшения положения заемщиков.

В текущих сложных условиях наиболее эффективной представляется синергия рыночных инструментов с государственной поддержкой. Формы господдержки достаточно многообразны и предназначены для различных субъектов. В основном они нацелены на малый бизнес, а также на сферу АПК.

На меры поддержки вправе рассчитывать и крупный бизнес, если он сейчас реально испытывает давление от пандемии. Однако только кредитование не решит проблемы экономического роста; необходим комплекс мер по восстановлению экономического роста, который уже предложен правительством. Сюда же можно отнести и ряд мер регуляторного характера для временного ослабления давления на банки.

Приведет ли это к снижению требований банков к заемщикам?

- На сегодня определенный комплекс мер уже предложен, и он также входит в регуляторные послабления. БВУ могут с гораздо меньшими для себя потерями по капиталу оценивать выданные кредиты в определенных сегментах. Регулятор снизил требования по необходимости признания обесценения в случае реструктуризации по займам. Сейчас идет обсуждение вопроса по снижению требований к залоговому обеспечению, применяемым дисконтам.

Данные меры, собственно, и высвободили ресурсы, которые БВУ могли бы направлять на кредитование с меньшими для себя потерями, как для капитала, так и для ликвидности. Но эти меры не могут быть постоянными. Они ограничены короткими сроками и направлены на то, чтобы пережить стресс, в первую очередь — заемщикам.

На помощь бизнесу направлены и меры государства. Последние из них, озвученные в послании, связаны с субсидированием части вознаграждения для заемщиков из пострадавших отраслей до 6% годовых на период 12 месяцев с начала пандемии.

Однако в поддержке нуждаются не только заемщики, но и субъекты бизнеса, кто не брал кредиты. Так, более половины из субъектов, которые участвуют в исследовании Нацбанка, вообще не имеют долговой нагрузки, но тоже попали в сложную ситуацию. Им также понадобится помощь, но не через кредитование и субсидии, а через загрузку мощностей, стимулирование спроса на продукцию, формирование платежеспособного спроса населения и т. д. И здесь уже возникают вопросы рыночной конкуренции, налогового бремени. Так что стимулирование кредитования — это всего лишь одна из форм для решений проблем, но точно не панацея.

Считаете ли вы, что переориентирование – это оптимальный вариант?

- Можно взять за основу оценки некоторых экспертов. Они озвучивают три подхода к разрешению ситуации. Первый, казалось бы, самый простой — это административно-командный метод. Можно, конечно, административным путем снизить базовую ставку (некоторые предлагают в два раза), что вроде бы удешевит стоимость кредитов для экономики. При этом для остановки перетока ликвидности на валютный рынок потребуется жестко ограничить покупку валюты для юридических и физических лиц и деятельность банков на валютном рынке. А чтобы заставить банки «кредитовать кого скажут», можно использовать опыт Китая, где практикуются минимальные лимиты для кредитования определенных отраслей и сегментов рынка. Однако результат применения такого подхода очевиден — масштабный банковский кризис в недалекой перспективе.

Но есть и идеальный вариант, к которому надо стремиться, — это переход, а вернее, возврат к нормальным рыночным отношениям. В конце концов, пандемия когда-нибудь закончится, и мы будем должны скоординированно из нее выходить. То есть надо стремиться к тому, чтобы экономика в оптимальные сроки вернулась к рыночным отношениям. В этом случае инфляция должна достигнуть нижнего уровня коридора, то есть 4%. В этом случае стоимость фондирования снизится, появится стимул для притока инвестиций в несырьевые сектора экономики. Соответственно, кредитные риски в экономике снизятся за счет того, что повысятся ожидания по экономическому росту, а деловая активность восстановится. Стоимость базы фондирования уменьшится естественным путем, и появится рыночный стимул для роста сбалансированного и качественного ссудного портфеля банков. Но это идеальная картина.

А для практической жизни нужно искать третий подход, держа в голове идеальный вариант и максимально минимизируя негативные последствия из первого сценария.

Автор  Мариям Бижикеева

Источник  kapital.kz