«Выбирать приходиться не между хорошим и очень хорошим, а между плохим и очень плохим. Но выбирать нужно, потому что бездействие еще хуже».

Председатель Национального Банка Казахстана Данияр Акишев в интервью газете «Деловой Казахстан» прокомментировал необходимость спасения ряда казахстанских банков в этом году, сообщает Zakon.kz.

Глава Нацбанка отметил, что вопрос этот очень серьезный и очень обоснованный, добавив, что и ответ на него очень непростой.

«Вопрос о том, спасать банк или нет, возникает, когда его потери настолько велики, что акционерного капитала не хватает, чтобы оградить вкладчиков от дальнейших потерь. Выбор незавидный, потому что выбирать приходиться не между хорошим и очень хорошим, а между плохим и очень плохим. Но выбирать нужно, потому что бездействие еще хуже», — сказал Д. Акишев.

«Казалось бы, просто определить, что хуже, и при каком решении общественные потери больше: расходы бюджета на спасение банка или общественные издержки, которые мы, все вместе, как страна, понесем, если не будем его спасать. В прошлом году нас перед этим выбором поставили несколько банков, после того, как мы провели инспекцию их ссудных портфелей. Эта одновременность значительно осложнила задачу и повлияла на выбор», — добавил он.

Он пояснил, что в каждом конкретном случае ответ зависит от множества факторов: от состояния банка и структуры его фондирования, масштаба потерь и еще — от эффективности процедур ликвидации и урегулирования несостоятельных банков.

«Попробуем сделать это вместе. Начнем с расходов бюджета на спасение банка. Их оценить относительно просто. Это разница между выявленными потерями и капиталом. То есть, та часть потерь, которую списание капитала возместить не сможет. Если ее восполнить, то можно будет найти частного инвестора для рекапитализации банка. Кстати, это — реализованный сценарий по Казкому. Банк признал все выявленные нами потери, полностью списал акционерный капитал и получил вливание государственной поддержки. После этого он был приобретен Народным банком и рекапитализирован», — рассказал Д. Акишев.

В продолжение глава Нацбанка предложил представить, «если бы мы отказались спасать ККБ».

«Было бы намного сложнее, потому что нужно учитывать не только сам банк, но и всевозможные последствия его ликвидации. Начнем с кредиторов нашей банковской системы. В основном, это общественный сектор, то есть, госкомпании Казахстана, общественные фонды, ЕНПФ. Они держат средства на депозитах и владеют облигациями банков. Это примерно 30% фондирования банковской системы. Еще 44% базы фондирования состоит из сбережений населения. В отличие от 2007 года, иностранных кредиторов среди них практически нет. При ликвидации банка все они понесут финансовые потери», — сказал Д. Акишев.

Он отметил, что в таком случае «субординированные облигации (в основном во владении ЕНПФ) пришлось бы конвертировать в капитал и практически полностью списать, вслед за акционерным капиталом. Держатели старшего долга тоже понесли бы потери. Все вклады пришлось бы урезать. Гарантированные вклады не понесли бы потерь, но только потому, что за них эти потери принял бы на себя Фонд гарантирования депозитов».

Как результат, «арифметически, потери кредиторов при ликвидации банка равны потерям бюджета при спасении банка. И в том, и в другом случае общественный сектор несет одинаковые потери. Их невозможно избежать, потому что на самом деле они случились намного раньше, но просто не нашли отражения в отчетности. Эти потери произошли тогда, когда госкомпании и НПФ заводили свои средства в банки, несмотря на растущие признаки их финансовой неустойчивости».

«Сегодня мы принимаем решение не о том, переносить ли потери банков на общественный сектор, а о том, как их распределить внутри его. Мы в этом году принимали решение о том, кто понесет потери: вкладчики, госкомпании и ЕНПФ при ликвидации банков или НБ РК вместе с Минфином при их оздоровлении», — заявил главный банкир страны.

Д. Акишев также сказал, что «при сценарии ликвидации банка кроме прямых финансовых потерь, неизбежно будут другие, масштаб которых, по самым приблизительным оценкам, вполне мог превысить прямые расходы бюджета. Все вкладчики, даже незатронутые ликвидацией банка, потеряют доверие к банковской системе. База фондирования становится неустойчивой, возрастают риски массового оттока вкладов и финансовой дестабилизации».

С другой стороны, по словам Д. Акишева, спасение банков также связано с долгосрочными потерями в эффективности сектора. Это так называемая проблема роста безответственности — moral hazard — управляющих банков и профинвесторов, включая управляющих пенсионными активами.

«Поэтому мы решили оказать поддержку системообразующему банку и принять программу банковской поддержки для несистемных банков. По общему признанию, это не идеальный механизм. Но мы считаем, что в сложившихся обстоятельствах и с учетом институциональных ограничений, с которыми мы столкнулись, это наилучший вариант оздоровления банков», — сказал председатель Национального Банка.

«Мы сочли, что пакет реформ надзорных мер будет более действенным и более правильным способом решения этой проблемы, чем шоковая терапия вкладчиков. Мы разработали пакет реформ по урегулированию проблемных банков, чтобы их ликвидация или оздоровление происходили быстро и упорядоченно, не вызывая распространения рисков ликвидности.

Как регулятор банков, Нацбанк и госсектор в целом должны извлечь уроки из этого опыта: нам нужно быть бдительными и следить за тем, чтобы банки не занимались рискованным непродуктивным кредитованием, — сказал Д. Акишев, отметив, что «в прошлом мы слишком полагались на их финансовую отчетность и мнение независимых аудиторов. В качестве регулятора нам нужно как можно раньше идентифицировать нарастание рисков в банке, чтобы вмешаться как можно раньше. Регулятору необходимо иметь право выявлять плохие кредиты, полагаясь на свое суждение и объективные факты. У нас должно быть право потребовать от банка создания резервов на основе нашего суждения об ожидаемых убытках. Наше видение подтверждается международными тенденциями в стандартах бухучета и надзорных практиках».

Развивая тему, Д. Акишев сообщил о том, что регулятор «неоднократно заявлял, что главная проблема банков — это высокая доля плохих кредитов, которые давят на их капитал и ограничивают кредитную активность. Без решения этой проблемы невозможно восстановление кредитования реального сектора экономики».

«Поэтому Нацбанк запустил программу повышения программы финансовой устойчивости банков при обязательной поддержке со стороны их акционеров. Помимо Казкома оказана поддержка и другим крупным банкам. Объем поддержки пяти крупным банкам составил более 500 млрд тенге. Все они имеют системную и социальную значимость для Казахстана. Их доля в совокупных активах системы — 27,5%; в депозитах физических лиц — 25,5%; в обязательствах перед квазигосударственным сектором — 30%. В целом реализация программы будет оправдана в долгосрочной перспективе, поскольку поможет списать плохие кредиты банков, и создаст устойчивую платформу для расширения кредитования экономики», — заключил глава Нацбанка.