С начала 2022 года население Земли выросло почти на 12 миллионов человек. С 2010 года – почти на миллиард. За последние 70 лет – утроилось. Еще в XX веке аналитики забили тревогу: такими темпами наша планета надорвется. Однако теперь ситуация выглядит иначе. Темпы прироста постепенно замедляются, и уже в 93 странах рождаемость не обеспечивает естественного прироста населения.  Выясняем, как выглядит дальнейшее развитие человечества в демографических прогнозах , сообщает profile.ru.

Сколько людей прибавится в мире до конца XXI века

Наиболее авторитетный источник таких прогнозов – Отдел народонаселения Департамента по экономическим и социальным вопросам ООН. Актуальный прогноз датируется июнем 2019 года. На момент его публикации население мира превысило 7,7 млрд человек. В 2030 году оно составит 8,5 млрд, в 2050-м – 9,7 млрд, в 2100-м – 10,9 млрд человек.

Это уже 26-й по счету прогноз ООН. Начиная с 1980-х организация выпускает новые версии (ревизии) каждые два года. И в том, как корректируются в них цифры, можно увидеть определенные тенденции. Так, с 2000 по 2017 год оценка количества людей в мире к середине XXI века стабильно пересматривалась «в плюс», увеличившись с 8,9 до 9,8 млрд человек. С 2010 года ООН продлила горизонт прогнозирования до конца века, и за несколько ревизий население мира в 2100 году подросло с 10,1 до 11,2 млрд человек.

Но в прогнозе 2019 года наметился перелом – впервые с 1990-х оценки были пересмотрены «вниз». В 2021-м прогноз не вышел: ООН отсрочила его публикацию из-за пандемии COVID-19. Документ должен выйти в ближайшее время (согласно анонсу – в середине марта), и в нем, по мнению экспертов редакции, цифры будут еще ниже.

«По некоторым странам разница будет значительной, – говорит демограф, экс-сотрудник Росстата Алексей Ракша. – В Китае рождаемость падает быстрее, чем ожидалось, так же и в Индии, Малайзии, Индонезии, Мексике, Аргентине, Чили, Кении. В ряде развитых стран она тоже оказалась заметно ниже прогнозируемой: в США, России, Японии, Великобритании, Италии, Испании, Южной Корее».

К этому нужно добавить смертность от ковида, который, по словам специалиста, забрал около 20 миллионов человек – 12% прироста населения Земли за два года. «Причем непонятно, где эта цифра остановится, будет новый штамм или нет, – замечает Ракша. – У ООН сейчас сложная задача с прогнозом смертности, но и по рождаемости ясности нет – где остановится ее падение? Понятно, что в процентном отношении коррекция численности населения будет небольшая – на 2-5% к 2100 году. Но в абсолютных числах это минус сотни миллионов человек».

 

О чем говорит разворот прогнозов «вниз»

В целом ничего революционного здесь нет. Речь идет лишь об ускорении существующего тренда, известного как демографический переход. Его суть в том, что при перестройке общества от традиционного к индустриальному и постиндустриальному складывается новый баланс воспроизводства населения. Вместо высокой смертности и высокой рождаемости – низкая смертность и низкая рождаемость. Демографический бум XX века – период, когда смертность уже снизилась, а рождаемость еще оставалась высокой.

К концу века развитые страны Запада завершили свой переход, и теперь их догоняют развивающиеся. С 1950 года смертность детей в возрасте до пяти лет упала в несколько раз: в Европе – с 93 до 5 на 1000 рождений, в Латинской Америке – со 187 до 19, в Азии – с 234 до 31, в Африке – с 311 до 71. Рождаемость пока уменьшилась вдвое – с 5,0 до 2,5 ребенка на женщину. По расчетам ООН, она продолжит снижаться до 1,9 ребенка в 2095–2100 годах. При этом уровнем воспроизводства населения считается 2,1 ребенка на женщину.

Таким образом в прогнозах приходится учитывать два противоположных процесса: пока что доля населения развивающихся стран растет (а в них детей рождается больше), но постепенно они переходят в число развитых.

К этому добавляется рост ожидаемой продолжительности жизни. В 1950 году в 82 странах люди в среднем жили меньше 45 лет. А 75 лет и более не жили нигде. Сейчас ситуация перевернулась: до 45 лет – 0 стран, свыше 75 – 114 стран.

Дальше – больше: в 1950 году средний возраст мира составлял 24 года, в 2019-м – 31 год, а к концу века он вырастет до 42 лет. Эту тенденцию тоже можно трактовать двояко. С одной стороны, чем дольше живут люди, тем больше их «накапливается» на планете. Но в долгосрочной перспективе постарение человечества тоже сыграет «в минус».

«Мир сейчас растет благодаря инерции, заложенной в половозрастной структуре, – объясняет директор Института демографии НИУ ВШЭ Михаил Денисенко. – За счет развивающихся стран население сравнительно молодо. Но когда половозрастная пирамида переворачивается (вместо «треугольника» или «колокола» приобретает форму, и пожилых людей становится больше, это бьет по возможностям воспроизводства рода. И количество умерших постепенно будет возрастать».

Если суммировать все тренды, рост населения мира к концу века остановится, считают в ООН. Самые высокие темпы прироста были в 1965–1970 годах – плюс 2,1% ежегодно. В наши дни он составляет плюс 1,1%. В 2095–2100 годах показатель упадет до плюс 0,04%.

Можно ли переломить тренд с помощью стимулирования рождаемости
На уровне отдельных государств прогнозы ООН менее надежны, чем для мира в целом. Причина – в предпринимаемых властями мерах демографической политики. Старение и убыль населения имеют для страны экономические последствия: на одного трудоспособного гражданина приходится все больше пенсионеров, сокращается потребительский спрос, страна сильнее нуждается в мигрантах для поддержания экономики.

«Демографический переход – закон, который нельзя отменить политической волей, – говорит «Профилю» футуролог Евгений Кузнецов. – Социальная политика может дать кратковременный результат. Но потом что-то поменяется в стране или в мире, и эффект будет съеден. Например, в 1980-х годах в СССР грамотно стимулировали молодое материнство. Но последующий распад Союза обнулил все усилия».

Введение в России материнского капитала в 2006 году привело к тому, что ООН несколько раз пересмотрела прогнозы в отношении нашей страны. В документах, вышедших с 2006 по 2017 год, ожидаемое население России в середине XXI века выросло со 108 до 133 млн человек.

«Маткапитал дал России 2–2,5 миллиона прироста детского населения, – поясняет Алексей Ракша. – Сейчас действует программа 450 тыс. рублей на погашение ипотеки многодетным семьям – она тоже работает, дала около 60 тысяч третьих и последующих детей. Считаю, что Россия – самая успешная страна в мире по реализации пронаталистских программ».

По словам эксперта, такие программы особенно популярны в странах, где к власти приходят правые силы. «В Венгрии правительство Орбана поддерживает рождаемость с 2012 года, и с рекордно низкой она поднялась выше средней по Европе, – рассказывает Ракша. – Украина реализовывала похожую программу с 2006 года, и накопленный результат был неплох, но это было до 2014 года, потом все оборвалось. В Белоруссии меры поддержки рождаемости третьих детей выстроили не лучшим образом, поэтому подскок показателей оказался недолгим, а затем начались проблемы в экономике».

Как отмечает собеседник, в большинстве стран такие меры действуют недолго: пока есть деньги. «В Испании в 2007-2011 годах тоже была небольшая программа стимулирования, давала крошечный результат, но ее отменили из-за долгового кризиса. Похожая судьба у пронаталистской программы в Австралии. Кстати, кризис бьет с двух сторон: и в бюджете денег нет, и люди переходят на режим экономии, поэтому рождаемость падает еще сильнее».

В целом же предел для таких программ – замедлить убыль населения на 15–20%.

«Уникальный пример страны с высоким уровнем жизни – Израиль, где на одну женщину приходится три ребенка. Причина – наличие ощутимой доли населения, не желающей или не позволяющей себе контролировать рождаемость по религиозным соображениям. Эта доля постоянно растет, к тому же имеется феномен социального заражения многодетностью остальных. Вряд ли этот пример можно растиражировать в разумные сроки», – говорит Ракша.

Можно ли целенаправленно снизить рождаемость?

Широко известен лишь один подобный пример: Китай, в 1979 году провозгласивший лозунг «Одна семья – один ребенок». Результат впечатляет. По сравнению с Индией, где рождаемость естественным путем снижалась с тех же значений, в течение 35 лет Китай недосчитался 400 млн детей.

В 2015 году китайские власти разрешили семьям иметь по двое детей, а в 2020-м – уже по трое. Но пока тенденцию изменить не удалось: высокие цены на недвижимость и образование в КНР не способствуют многодетности. В 2019 году в Китае родилось 14,6 млн детей, в 2020-м – 12 млн, в 2021-м – 10,6 млн. Коэффициент рождаемости упал до 1,16 ребенка, а в крупнейших городах фиксируются немыслимые прежде 0,7 ребенка на женщину – мировой антирекорд.

Официальный прогноз ООН для Поднебесной звучит так: численность населения будет расти до начала 2030-х (до 1464 млн человек), а затем начнет плавно снижаться (1065 млн к началу XXII века). Но в самом Китае уже считают иначе. Учитывая, что смертность по стране достигает 10 млн человек в год, убыль населения начнется совсем скоро. По расчетам Института населения и развития при Сианьском университете путей сообщения, через 45 лет КНР может потерять половину своей популяции.

«Китай сильно опоздал с отменой политики по сдерживанию рождаемости, это нужно было сделать еще лет 20–25 назад. Понимание демографии в верхах часто отсутствует, и китайские власти не исключение», – резюмирует Алексей Ракша.

 Китайский плакат политики "Одна семья-один ребенок"

В Китае резкое сокращение рождаемости произошло после введения государственной политики "Одна семья – один ребенок"

Насколько точно демографы угадывают будущее

ООН составляет демографические проекции с 1950 года. Первый из них сильно промахнулся: предполагалось, что в 1980-м население мира составит 3,5 млрд человек, в реальности оказалось на миллиард больше. Но постепенно погрешность прогнозов сократилась до нескольких процентов.

«В 1950–1970-х годах демографы не могли угадать, когда наступит перелом рождаемости в странах третьего мира, – рассказывает Михаил Денисенко. – Но после того как это случилось, тенденции стали предсказуемыми. Конечно, многое зависит от горизонта прогнозирования, ведь в основе все равно лежат проекции прошлого. Если нет войн или эпидемий, прогнозы на 10–20 лет сбываются с большой точностью».

Постепенно демографы вооружились методами компьютерного моделирования, и глубина прогнозов увеличилась с 30 до 90 лет. А в 2000-х ООН перешла к вероятностному прогнозированию: компьютер чертит тысячи возможных траекторий, после чего они усредняются, и ученые получают медианный вариант. К примеру, по актуальному прогнозу в 2100 году численность населения с вероятностью 95% составит от 9,4 до 12,7 млрд человек, медианный вариант – 10,9 миллиарда.

Но это всего лишь инструменты. Не менее важна качественная исходная статистика. Так, в пересчете 2019 года ООН использовала данные 1690 национальных переписей, проведенных в 1950–2018 годах, а также данные из регистрационных баз 163 стран и результаты 2700 демографических исследований. Детализация этих данных растет, но полной статистики по всем странам нет и по сей день.

Впрочем, проблема не только в наличии данных. У демографов есть вопросы и к самой ООН.

«Эти прогнозы сильно идеологизированы и универсализированы, – сетует Алексей Ракша. – Они предполагают, что во многих странах рождаемость в ближайшее время придет к очень похожим значениям. То же самое касается смертности: там, где прогресс слишком быстрый, он замедлится, а там, где быстрый, ускорится… Волевым жестом ООН уравнивает очень разные страны. Помимо равнения на страны с практическим отсутствием статистики, это можно объяснить бюрократическим статусом организации, наличием у нее политических обязательств. Скажем, Китай не так нарисуешь – он может возмутиться. В итоге по многим странам прогнозы заведомо неправдоподобны».

Автор Иван Дмитриенко

Источник profile.ru