Среда, 28 сентября 2022

Одной из главных тем лета в международных политике и экономике стала эскалация напряженности вокруг Тайваня — острова в 180 километрах от Китая, который Пекин считает своей территорией (а местные власти с этим не согласны). В начале августа Тайвань с официальным визитом посетила спикер Палаты представителей — нижней палаты Конгресса — США Нэнси Пелоси. Реакция Китая последовала сразу и заставила переживать многие страны — не только из-за возможного вооруженного конфликта с участием Вашингтона, но и из-за роли острова в глобальной экономике. Если ситуация будет развиваться по худшему сценарию, мир может столкнуться с нехваткой множества товаров, в первую очередь электроники, без которой сложно представить повседневную жизнь. Полет над бездной — сообщает  lenta.ru.

Кризис серьёзный". Как конфликт США и Китая отразится на Казахстане |  informburo.kz

Возбудились

Визит Пелоси на Тайвань вызвал протесты Пекина еще на стадии планирования. Отдельные китайские чиновники использовали особенно воинственную риторику, а пропагандист местного телевидения Ху Сицзинь призвал (через заблокированный в Китае Twitter) вооруженные силы сбить самолет спикера Палаты представителей на подлете к острову. Председатель КНР Си Цзиньпин, в свою очередь, предостерег американского президента Джо Байдена от «игры с огнем». Однако поездка все равно состоялась и не привела к немедленной военной эскалации. Китайская армия провела масштабные учения у берегов Тайваня, не пересекая разделительную линию воздушного и водного пространства.

При этом Пекин уже принял несколько экономических мер в отношении бунтующего региона. Первым делом, еще до приезда Пелоси, были запрещены ввоз и продажа в материковой части страны продуктов питания 100 тайваньских брендов, в том числе цитрусовых, чая, меда и некоторых видов рыбы — всего около трех тысяч категорий. В обратном направлении временно запретили поставлять китайский песок. Кроме того, Китай ввел санкции по западному образцу в отношении двух тайваньских некоммерческих фондов, которые правительство КНР считает причастными к финансированию сепаратизма, и сотрудничающих с ними организаций.

Представитель китайских властей по вопросам Тайваня Ма Сяогуан заявил, что реакция Пекина приведет к краху правящей Демократической прогрессивной партии (ДПП) Тайваня, «ускорит коллапс нынешнего руководства острова, а также ввергнет данный регион в состояние большой катастрофы». Но в случае введения по-настоящему серьезных ограничений последствия ощутят не только Тайвань и его соседи, но и остальной мир, включая Китай.

Врозь

Экономика Тайваня начала формироваться после того, как в 1895 году остров по условиям мирного договора с китайской империей Цин (ею управляла одноименная маньчжурская династия) оккупировала Япония. Вскоре Токио начал активно инвестировать в развитие новой территории: строились железные дороги, фабрики, заводы, оборонные предприятия. Так была заложена индустриальная база, которой Тайвань пользуется до сих пор.

После поражения Японии во Второй мировой войне остров ненадолго вернулся в состав Китайской республики, как тогда назывался материковый Китай. Однако в стране шла гражданская война между коммунистами и националистами, сплотившимися вокруг партии Гоминьдан и ее лидера Чан Кайши. Последние в итоге проиграли, и Чан Кайши с соратниками перебрались именно на Тайвань. При этом они называли свой новый дом «Китайская республика» и заявляли о притязаниях на всю территорию Китая. Официальный Тайбэй не отказался от этой риторики вплоть до наших дней (Пекин, в свою очередь, регулярно заявляет о намерениях воссоединиться с бунтующим островом). До 1971 года Тайвань занимал место в Совете Безопасности ООН. Материковый Китай после окончания гражданской войны стал называться Китайской народной республикой (КНР).

С 1950-х Тайбэй упорно противопоставляет себя старшему соседу, утверждая, что является «настоящим» и «нормальным» Китаем, живущим по законам демократии и рыночной экономики. «Демократия — это свобода, свобода, которая не посягает ни на свободу, ни на права других. Свобода, которая поддерживает строгую дисциплину и делает закон своей гарантией и основой ее осуществления. Только это и есть настоящая свобода, только это может произвести настоящую демократию», — говорил Чан Кайши. Одновременно он осуждал коммунизм: «Коммунистическая партия Китая — не природное китайское явление. Она — порождение Советского Союза. Будучи по своей природе несовместимым с достойным человека образом жизни и, в частности, с китайским укладом, коммунизм в Китае как отпрыск советского коммунизма был вынужден в ранней стадии своего развития паразитировать на теле Гоминьдана для (...) развязывания классовой борьбы».

В действительности же власти долгое время подавляли инакомыслие и оппозицию, применяли строгую цензуру и не спешили бороться с коррупцией. Политический строй того времени можно охарактеризовать как военную диктатуру: на протяжении 38 лет на острове действовало введенное в 1949-м военное положение (самое долгое в истории). Ситуация не сильно отличалась от происходившего на материке, где правил предводитель победившей в гражданской войне Коммунистической партии Мао Цзэдун. Еще большее сходство с происходящим в КНР придавали плановый характер тайваньской экономики в 1950-х годах (при всем внешнем неприятии коммунизма Чан Кайши) и упор на сельское хозяйство.

По-своему

Тем не менее в отличие от Китая, где инициированная Мао политика «большого скачка» вместо роста привела к упадку и массовому голоду, островным властям удалось построить систему, поспособствовавшую тому, что экономисты впоследствии назвали «тайваньским чудом». В 1953-м правительство провело сразу две масштабные реформы: ввело четырехлетки (по аналогии с советскими и китайскими пятилетками), а также выкупило значительную часть сельскохозяйственных земель у крупных аграриев и передало в собственность крестьянам под девизом «Каждому пахарю — свое поле». Благодаря этим изменениям на Тайване сформировался класс фермеров.

Изменчивая политика США стала для Чан Кайши дополнительным стимулом построить устойчивую и не зависящую от внешней помощи экономику. Вашингтон пристально следил за развитием советско-китайских отношений, и когда в начале 1960-х в них наметился раскол, поспешил воспользоваться этим для ослабления Москвы. Прежде признававший существование только одного «настоящего» Китая, Белый дом начал налаживать отношения, в том числе торговые, и с Пекином.

Весной 2021-го ситуация усугубилась из-за сильной засухи на острове, отчего местные фабрики остались без стабильного водоснабжения. Следствием совокупности этих причин стали глобальная нехватка микросхем (или чипов) и их резкое подорожание, которое отразилось на ценах конечной продукции. В прошлом году глобальный рынок микросхем в стоимостном выражении вырос на 26,2 процента — до 555,9 миллиарда долларов. Из-за повсеместного использования микрочипов пострадавшими оказались многие отрасли — от электроники и бытовой техники до автомобилестроения. Крупнейшие автоконцерны вынуждены были останавливать заводы из-за недостатка компонентов. Дополнительные сложности создал логистический кризис, возникший в условиях нарушения привычных цепочек поставок.

После начала российской спецоперации на Украине Тайбэй отказался поставлять Москве и Минску микросхемы с тактовой частотой более 25 мегагерц, что сделало невозможным сотрудничество по совместным проектам. На тайваньских заводах производились чипы для микропроцессоров «Эльбрус» и «Байкал», разработанных МЦСТ и «Байкал Электроникс» соответственно. МЦСТ рассматривает вариант с переносом производства в Россию, однако специалисты считают, что в ближайшем будущем реализовать его будет трудно.

Незаменимые

Нынешнее обострение в связи с визитом Нэнси Пелоси грозит еще большими трудностями уже в глобальном масштабе. Производственными мощностями за пределами Тайваня обладают лишь южнокорейский Samsung, японская Toshiba, американский Intel и китайская SMIC. Причем их возможностей явно недостаточно, чтобы заменить TSMC и MediaTek. Остальные представители отрасли сосредоточены либо на разработке микросхем, либо на сборке конечных устройств с их использованием. Возможный конфликт между Китаем и Тайванем поставит мировую промышленность в условия очередного дефицита, тем более SMIC едва ли будет разрешено поставлять продукцию идеологическим врагам на Западе. Усугубляет положение и то обстоятельство, что часть мощностей тайваньских компаний расположена в материковом Китае, где сосредоточены более дешевая рабочая сила и необходимые ресурсы.

Одним из таких ресурсов является неон — газ, используемый в процессе ультрафиолетовой фотолитографии при изготовлении интегральных микросхем. Его крупнейшие поставщики — Китай, Россия и Украина. Последняя полностью остановила производство неона с началом российской спецоперации. Уже в следующие несколько дней цены в Китае выросли почти в девять раз. В случае начала полномасштабных боевых действий возникнет та же проблема: китайские производители наверняка откажутся (или будут вынуждены отказаться) от поставок даже на те тайваньские предприятия, что расположены на материке.

Уже введенные Пекином из-за приезда Пелоси санкции едва ли окажут сильное влияние на тайваньскую экономику: пищевая промышленность, как и сельское хозяйство, уже давно не играют в ней ключевой роли. И даже временный запрет на поставку на остров используемого в производстве микросхем песка не так страшен: Тайвань уже успел переориентировать закупки, главным образом за счет Австралии. Более существенными кажутся сообщения о том, что визит спикера Палаты представителей может обернуться задержкой выхода нового iPhone. По данным СМИ, власти Китая запретили упоминание Тайваня и Китайской республики в любых отгрузочных документах, в том числе сопровождающих поставки микрочипов с острова на материк, где расположено производство Apple. Такая практика может привести к тому, что партии с грузом будут отправлять обратно на Тайвань.

Проверка терпеливости

В таких условиях на Западе активизировалась работа по развитию собственного производства микросхем. США и Евросоюз уже несколько лет говорят о необходимости обеспечить технологическую независимость от стран Азии в этой области. В начале августа президент США Джо Байден подписал закон о выделении национальной полупроводниковой отрасли поддержки в размере 280 миллиардов долларов. Документ предусматривает создание в стране новых технологических центров и уже вызвал резкую критику в Пекине. Официальный представитель Министерства иностранных дел КНР Ван Вэньбинь заявил о риске нарушения глобальных цепочек поставок: «Некоторые его [закона] положения ограничивают нормальную инвестиционную и торгово-экономическую деятельность соответствующих предприятий в Китае, а также нормальное научно-техническое сотрудничество между КНР и США».

У Китая есть рычаги давления не только на отказывающийся присоединяться к нему мирным путем Тайвань, но и на всю мировую экономику. Любые ограничения в производстве и поставках готовых микросхем или сырья для их изготовления отразятся на десятках отраслей и поставят под удар сотни миллионов потребителей в разных странах. При этом проблем не избежать и самому Китаю. Помимо общих санкций, о которых уже говорят западные политики и которые по своим масштабам могут сравниться с антироссийскими, негативное воздействие ощутит на себе местный бизнес, завязанный на импорт сырья и экспорт готовой продукции по всему миру. Зарубежные компании, до сих пор сохраняющие производство в стране, наверняка перенесут его в другие государства региона или вовсе на свою территорию. Пострадают и обычные китайцы, привыкшие к бытовому комфорту и потребительскому разнообразию.

Заодно сократится предложение на рынке нефтепродуктов, автомобильных шин, продуктов питания и в других отраслях, на которых специализируется Тайвань. Аналитики и политологи сходятся в том, что китайское руководство осознает риски обострения и не будет предпринимать резких шагов — как минимум в обозримом будущем. Если полномасштабного кризиса удастся избежать, это может стать редким примером того, как экономика, ее реалии и потребности вынуждают мировых лидеров умерить геополитические амбиции.

Автор Алексей Афонский

Источник lenta.ru