В течение более чем 10 лет европейские фондовые рынки уступали американским в относительном выражении. Европейские акции уступали даже японским – более чем на 10% за последние пять лет.

Кроме того, согласно данным Bloomberg, европейские бумаги принесли на 78% меньше денег, чем акции США в совокупном выражении. Особенно ярко это почувствовалось после победы Трампа на выборах 2016 года.

Однако этот год может стать поворотным моментом для евро и европейских акций, поскольку последние показали лучший квартал за последние пять лет. В этом году грядут очередные выборы президента США, и это самый лучший момент для того, чтобы европейские ценные бумаги смогли стать более сильными на фоне американских.

Европа может пережить собственный «гамильтонов момент». Александр Гамильтон (1755–1804) – первый американский министр финансов, который решил взять на себя долги бывших колоний в военное время, а затем преобразовал их в совместные обязательства федерального союза. Историки считают это одним из решающих шагов на пути к созданию американской системы правления.

Европейские рынки акций и евро долгое время уступали американским лишь потому, что акции США в области высоких технологий были единственной интересной игрой для глобальных инвесторов. Теперь европейские фондовые индексы повышаются с уровня «недовеса» до «избыточного веса» – все из-за неожиданного роста на фоне стимулирования экономики ЕС и успешной борьбы с пандемией COVID-19.

Что заслуживает внимания и что чаще всего упускается из виду, так это то, что в этом году в Европе показывает отличные результаты самый эффективный фондовый рынок в мире – Копенгагенская фондовая биржа. Дания и Скандинавские страны лидируют в мире, уделяя повышенное внимание устойчивому развитию и финансированию в экологию.

Перед лицом коронавируса Европа столкнулась с риском снова оказаться вынужденной выбирать между окончательным развалом и решительным движением вперед. Похоже, что в посткоронавирусном мире потребуются решительные действия – откладывать, чтобы, как говорят британцы, «дотянуть до конца абы как», не получится. Это так называемый гамильтонов момент финансового союза. В свое время такое же произошло в США, и все шансы повторить тот успех ЕС имеет сейчас – Германия председательствует, а Ангела Меркель и Эммануэль Макрон в союзе могут наколдовать любые интеграции.

Германия и так называемая скромная четверка – Австрия, Швеция, Дания и Нидерланды – исторически были против более тесной бюджетной интеграции и против идеи совместных европейских выпусков казначейских облигаций. Германия, в частности, из-за своего болезненного опыта Веймарской гиперинфляции долгое время была сторонником фискальной осмотрительности и сбалансированных бюджетов. Однако политический подход Германии изменился с приходом «коронакризиса», и это сыграет ключевую роль для финансовых рынков. Америка становится все более расколотой, в то время как Европа, похоже, наконец-то осознает, что нерешительность в отношении фискальной интеграции в лучшем случае ведет к экономической стагнации, а в худшем – к риску распада евро. Благодаря коронавирусному кризису европейским политикам теперь нужно решить двадцатилетнюю проблему: по какой формуле сможет заработать денежно-кредитный союз без какой-либо концепции фискальной интеграции?

Европейские ценные бумаги смогут подняться на фоне американских во многом также благодаря вероятной победе Джо Байдена на грядущих выборах. На Уолл-стрит убеждены, что его победа – наименее оптимистичный сценарий для американских активов.

Автор Райнер Майкл Прайсс

Источник forbes.kz